Книга Лериана, невеста герцога по контракту. Книга 4, страница 51 – Мильчха

Но она внимательно посмотрела и прервала его:

— Этот камешек ведь я поставила?

— Ох, я же сказал – я все помню!

— Ваше величество, вы говорили это и в прошлый, и в позапрошлый раз.

Да, Сиатрич всегда так делал. Несколько раз она попадалась на его уловки, но потом поняла, что дело нечисто. В конце концов ее упрямство и соревновательный дух достигли такой степени, что, когда партию прерывали, она запоминала весь ход игры до последнего камня.

Увидев, что план провалился, Сиатрич, надувшись, встал с посохом в руке:

— Ну и ладно. Настроение пропало.

Мужчина, стоявший за спиной Ынхи, одобрительно погладил ее по голове – молодец. Ей было приятнее сохранить честность в игре, чем вспоминать выходки Сиатрича. Наоми, глядя на обиженного короля, только покачала головой, будто видела капризного соседа-ребенка.

— Ну хоть чай попей, – предложила она, позвав служанку.

Сиатрич распахнул окно. С улицы доносились детские голоса и смех.

Дети? Ынха удивленно подошла ближе. Насколько ей было известно, у Сиатрича и его супруги Соросо был всего один ребенок – принц Сеймур. Так что же это за дети? Пока она раздумывала, Сиатрич тихо проговорил, глядя на детей в саду:

— Уже время крестин…

Она тоже посмотрела в сад – дети, нарядные, вежливо кланялись королю.

— Крестины, да, – так же тихо откликнулась она.

В это время года обычно устраивались крестины для детей из знатных домов. Родители подносили ребенка к алтарю, а жрец благословлял его, окропляя святой водой. На той церемонии, где она присутствовала, появился сам Хика. Благодаря ему даже семьи из провинции приехали на крестины – убранство столицы тогда наводило на мысли о карнавале. «Было так шумно…» Родители, дедушка, столица. Она молча все вспоминала. И вдруг посмотрела на мужчину рядом. Она совсем забыла о самом важном.

— А где Ария и Рино? – спросила она.

* * *

Ынха спокойно сидела в нижней части сада особняка. Мужчина сказал, что все им объяснит и приведет к ней, после чего направился в детские комнаты.

Разумеется, если она в таком виде сейчас предстанет перед детьми, то вызовет у них только шок. Нельзя же им просто так сказать: «У мамы сейчас проблемы с памятью».

«Вот именно», – глубоко вдохнув, подумала Ынха.

Нужно вспомнить как можно больше, чтобы не показаться странной. Как там говорили в той передаче про здоровье: массаж кожи головы пальцами улучшает память.

— Надо полить еще! – послышался голос. Ынха поднялась с скамьи. Это были голоса детей.

— Нельзя, если полить слишком много…

— Рино!

Услышав знакомое имя, Ынха удивленно огляделась.

«Рино…»

Подойдя ближе, она увидела детей, окруживших одинокий саженец. Девочку лет восьми с каштановыми кудрями, заплетенными в две косички, и мальчика лет трех-четырех с черными волосами. Девочка, прижав к себе лейку, смотрела строго и уверенно.

— Это растение слабенькое, ему нужно больше воды. Мы в школе проходили. Ты же не ходишь в школу, – сказала Ария звонким голосом. И, гордо добавив, что это мамина школа, вызвала у Рино настоящую бурю эмоций. Он, кажется, был потрясен тем, что не ходит в школу, и на глазах у него выступили слезы.

— Я… Я тоже… В школу…

Ария тяжело вздохнула:

— Не плачь.

Потом она ласково погладила Рино по голове и улыбнулась:

— Рино, ты ведь должен слушаться старшую сестру, правда?