Книга Чары в стекле, страница 99 – Мэри Робинетт Коваль

Их энтузиазм оказался заразителен, так что остальная компания тоже ускорила шаг, и вскоре они все вышли на центральную площадь Бинша. Там уже дожидалась возведенная сцена, завешанная иллюзорными декорациями, как будто светившимися в вечернем сумраке. Добавляли света и фонари, призванные освещать выступающих, а яркие оранжевые стяги и вовсе превращали сцену в некое подобие пылающего костра.

Бургомистр вышел на самый край сцены. Месье Шастен держался за его спиной, чтобы с помощью чар донести речь чиновника до ушей всех присутствующих.

Речь, как водится, полностью соответствовала случаю: сплошные разглагольствования о славной истории, о единении народов и прочие пустые фразы, которые политики произносят на любой церемонии, тем самым обесценивая даже самые важные мероприятия. Джейн огляделась по сторонам в поисках Винсента, но так нигде и не найдя его, решила повнимательнее понаблюдать за Ивом.

Один из мальчишек спросил, как долго будут тянуться речи. Ив в ответ пожал плечами:

— Папаша говорил только про чары. Про фейерверки я сам узнал от Жиру.

После этого разговор еще несколько минут шел о желании поскорее их увидеть, но никаких шокирующих откровений Джейн так и не услышала. А когда бургомистр уже завершал свою речь, Ив пихнул Жиру локтем:

— А вот сейчас и будут фейерверки, да?

Откуда-то из толпы донесся крик. А вместо фейерверков прямо над головами Джейн и ее спутников возникла невероятных размеров иллюзия – огромный французский триколор, тот самый, что служил флагом страны при Наполеоне; вокруг вился рой пчел, складываясь в воздухе в изящную геральдическую лилию, а затем грянул национальный гимн Франции, заглушив последние слова бургомистра. Тот ошарашенно замолк, уставившись на развернувшуюся над площадью картину. Чароплеты, стоявшие на помосте, явственно приуныли. Месье Шастен оставил бургомистра и замахал рукой ученикам, громко требуя отыскать приблудного иллюзиониста и развеять это безобразие.

Взгляд Джейн зацепился за один из балконов на втором этаже здания, перед которым она стояла вместе со своей компанией. Там обнаружилась молодая женщина, прислонившаяся спиной к стене как будто бы в расслабленной позе. Со сцены ее наверняка было не видно из-за развешанных в воздухе чар, да и Джейн со своего места могла как следует разглядеть разве что подбородок и руки. Но пальцы этой женщины шевелились знакомым способом, так что Джейн не сомневалась, что именно она и творила эту картину, правда, судя по монструозным размерам иллюзии, не без чьей-то помощи.

Все ученики месье Шастена, кроме двух девушек, спрыгнули с помоста и принялись проталкиваться через толпу. А позади появился Винсент – он поднялся на сцену по задней лестнице, хлопнул Бруно по плечу и что-то сказал, хотя Джейн и не смогла прочитать по губам, что именно. Затем Винсент пошире расставил ноги и глубоко вдохнул. И хотя Джейн не могла видеть складки чар, по движениям рук мужа она поняла, что тот принялся сплетать эфирную материю так, чтобы дотянуться до чужих нитей на расстоянии. Месье Шастен присоединился к нему, приняв аналогичную позу.

Площадь была слишком большой, так что Джейн сомневалась, что у чароплетов даже вдвоем получится что-то сделать с иллюзией. Все это время пчелы продолжали жужжать над толпой, а гимн гремел не умолкая.