Книга Гончар из Заречья, страница 153 – Анна Рогачева

Тем временем стройка не останавливалась ни на день. Хлев, заложенный ещё в середине лета, вырос на глазах. Игнат с бригадой работали на совесть, и за два месяца огромное здание было готово. Крытый двор с отдельными стойлами для коров, загон для коз, конюшня, тёплый угол для поросят – всё было продумано до мелочей. Глеб продумал даже подсобные помещения для хранения инвентаря.

В день, когда животных переводили в новый хлев, собралась чуть ли не вся деревня.

Клавдия выдохнула, оглядывая хозяйство. – Теперь и зима не страшна.

Игнат с бригадой, не теряя времени, переключились на мыловарню и молочный домик. Мыловарню решили ставить рядом с баней, чтобы удобно было носить воду. Светлана крутилась рядом, радуясь, что у мыловарни теперь будет настоящий размах. Своя мыловарня, да под крышей!

Молочный домик – отдельное небольшое строение с погребом, где можно будет хранить молоко, сметану, творог. Клавдия уже строила планы, как организует сыроварню.

— Сыры будем делать, – говорила она, – мягкие, твёрдые, с травами. На ярмарке такой товар завсегда в цене.

А Зоя всё это время почти не выходила из гончарни. Княжеский сервиз занимал все её мысли. Она работала с утра до ночи, забывая про еду и сон. Глина была подготовлена идеально, гончарный круг крутился ровно, руки сами творили чудо.

И чудо свершилось. Сервиз получился именно таким, как она задумала – тонкий, изящный, покрытый жемчужной глазурью. Зоя сделала несколько запасных блюдец, чашек и кубков, на случай если что-то разобьётся.

Тарелки – суповые и для жаркого. Блюда – овальные и круглые, для рыбы, для мяса, для пирогов. Изящные, с удобной ручкой чашки и тонкие блюдца. Кубки для вина Зоя сделала высокие, на тонкой ножке, устойчивые и красивые. Горшочки для жаркого и салатницы разных размеров. Но всё же супница стала её самой большой гордостью – с крышкой, с ручками в виде листьев, пузатая и важная.

Нюра работала рядом и, надо сказать, превзошла саму себя. Именно ей Зоя доверила роспись. На каждом предмете тонкой кистью Нюра вывела растительный орнамент в виде букетов из пшеничных колосков. Рисунок ложился ровно, с удивительной лёгкостью, и казалось, что это не краска, а сама природа расцвела на посуде. Зоя только ахала, глядя на её работу.

— Нюрочка, ты у меня талант. Как бы тебя у нас не украли!

Нюра смущалась, краснела, но при этом выло видно, что девушка нашла своё призвание.

Архип работал рядом, помогая с сервизом, и параллельно он делал обычную посуду, на каждый день. Но главным делом в эти два месяца стали бочки. Дубовые, большие и маленькие, они выходили из его рук такими ладными, что любо-дорого смотреть.

Вскоре в Заречье прискакал гонец от Огнеславы, узнать, готов ли товар. Получив ответ он, отобедав и напившись свежего кваса, ускакал, сказав, что бы завтра ожидали гостей.

На следующее утро Заречье замерло в ожидании. Весть о том, что сама Огнеслава, княжеская управляющая едет к ним, быстро разошлась по деревне. Женщины судачили, сбившись в кучки у колодца, мужики поглядывали на дорогу, а детвора то и дело бегала к повороту на главную дорогу, разведать.

Когда до деда Макара дошла новость, что в Заречье пожалует сама Огнеслава – с ним чуть удар не случился от радости. Он сначала не поверил, переспросил раза три, а когда убедился, что точно не шутят, заметался по дому.