Книга Гончар из Заречья, страница 62 – Анна Рогачева

Зоя вышла на встречу, радостно улыбаясь.

— Проходи, Гриша, рада тебя видеть.

— Ура! Дядя Гриша! – Выскочил из дома Ярик. У нас гости!

Гриша подхватил его на руки и подкинул вверх. – Вырос то ты как, потяжелел, настоящий мужик – весело проговорил он.

Вместе, смеясь, они зашли в дом.

За ужином из ухи с ржаными лепёшками они тихонько беседовали. Гриша, попивая травяной чай, качал головой.

— Мыло своё, горшки цветные, корзинки. Да у вас тут мастерских пооткрывалось. Когда успели-то?

— Да потихоньку, – ответила Зоя.

— Сначала гончарку отремонтировали, с печью проблемы были. Потом мылом занялись. А там смотрю – у стариков руки зачесались, и для детей дело нашлось. Весь секрет в том, чтобы дать возможность каждому вложиться в общее дело. Тогда и стены оживают.

Они договорились встретиться на рассвете. Гриша, еще под вечер, осмотревший упакованный товар, одобрительно хмыкнул, особенно оценив прочность укладки Архипа.

— Завтра с первыми петухами трогаем. Путь неблизкий.

После ухода гостя Ярик вдруг притих. Он молча помогал убирать со стола, а потом кинулся и вцепился в подол моего платья.

— Мамочка… Ты взаправду уедешь?

— Ненадолго, сынок. На несколько дней.

— А если… – он не договорил, но в его глазах читался страх остаться одному, который, казалось, был давно забыт.

Зоя присела перед ним, обхватив его личико ладонями.

— Солнышко, послушай меня. Я должна поехать на ярмарку, чтобы продать весь товар, всё, что мы с таким трудом изготовили. Это важно. А ты, главный по хозяйству, здесь остаёшься. Тётю Анфису слушай, за цыплятками смотри. И помни, на следующую ярмарку, в Стар-город, мы поедем вместе. Обещаю.

— Вместе? – он всхлипнул, но уже скорее от облегчения.

— Вместе. А теперь – спать, командир.

Она уложила его спать, спев тихую колыбельную. Вскоре его дыхание выровнялось. Но сама Зоя уснуть не смогла.

Волнение подкатывало к горлу волнами. Она вышла на крыльцо. Ночь была тёмной и звёздной.

Сердце сжималось тревоги. Примут ли? Понравится ли? Окупятся ли их надежды?

Она постояла так ещё немного, слушая, как где-то в темноте кричит сова, глубоко вздохнула и вернулась в избу. Спать всё равно не хотелось. Она села у печи, взяла в руки вишнёвый кувшинчик, который оставила для себя. Провела пальцем по гладкой, прохладной глазури. И подумала, что каким бы ни был завтрашний день, обратной дороги уже нет. Только вперёд.

На рассвете оказалось, что провожать их вышла вся деревня. Телеги, туго набитые тюками и корзинами, уже стояли у дома старосты.

Анфиса сунула Зое в руки узелок – держи в дорогу, сало солёное да хлеб.

Бабушка Марьяна, не говоря ни слова, поправила складку на платье.

Лука, откашлявшись, выдавил:

— Ну, с Боги великие с вами.

Ярик держался изо всех сил. Он стоял, сжав кулачки, губы дрожали. Когда Зоя наклонилась, чтобы обнять его, он вцепился в неё так, что не оторвать.

— Ма-ам… – вырвалось у него прерывисто, и слёзы, которые он так старательно сдерживал, хлынули градом.

Зоя прижала его к себе, закрыв глаза, и сама чувствовала, как внутри всё сжимается в тугой узел. Казалось, ещё мгновение – и она останется.

И в этот момент раздался спокойный голос Гриши.

— Ярик. Я обещаю, что сберегу твою маму, и вернется она к тебе скоро, как только расторгуемся. Слово даю!