Книга Ледяная принцесса для мажора (дилогия), страница 44 – Кейт Хартли

— Не будет, – спокойно и очень уверенно отвечает она. – Люди не меняются, Деймон.

— Я докажу тебе, что изменился. – Стискиваю зубы, когда она отстраняется. Боюсь спугнуть. – Я все знаю. Я не такой, как Родерик.

Она вздрагивает. Смотрит на меня с ужасом.

Сглатывает и до крови прикусывает губу.

— Маркус в прошлом, Деймон. И я очень хочу, чтобы ты тоже стал моим прошлым.

Качаю головой. Нет. Этого не будет.

— Пожалуйста, Элара. – Я придвигаюсь к ней, глажу пальцами тонкую кожу щеки. Среди запаха мыла и чужого белья улавливаю тонкий аромат цветов. Он еще слышен даже среди этого ада и грязи. – Пожалуйста, вернись ко мне.

— Я никогда не была твоей, Деймон, – с горечью отвечает она. Но не отстраняется. Прижимается щекой к моей ладони – всего на мгновение, но я знаю – она тоже скучает. По мне, по моим рукам.

— Тогда стань моей, – шепчу ей прямо в губы. Хочу коснуться их своими губами, но не смею. Боюсь спугнуть ту малость, что снова просыпается в ней. Искрит между нами. Тянет ее ко мне.

И исчезает.

— Зачем? – Она все еще рядом, но теперь так далеко. Голос холодный, чужой. – Чтобы ты снова растоптал меня? Чтобы в третий раз разбил мне сердце? Или это новое пари, о котором я еще не знаю?

Я готов бросить к ее ногам весь мир, но знаю – она не возьмет. Не поверит.

— Одна ночь с тобой стоила мне стипендии, Деймон. Работы. Репутации. – Голос дрожит, как и ее пальцы. Она не смотрит на меня. – У меня не так много осталось. Прошу, уходи. Не отнимай еще и мое время.

Смотрю на нее, но не успеваю ответить. В каморку заходит толстая тетка с корзиной грязного белья. Роняет ее к ногам Элары и выпрямляется.

— Ларочка, что за красавчик у тебя тут? – она улыбается, явно не понимая, почему воздух вдруг сгустился.

— Мистер Аркрейн немного заплутал. Можете проводить его? Ему нужно в алый квартал, я полагаю.

Смотрит на меня – и сквозь меня. Как в день нашей встречи.

Вот только теперь это не злит. Это убивает меня.

— Ооо, мистер красавчик. А вы, оказывается, ходок, – тетка смеется низким грудным голосом и подталкивает меня к выходу, не оставляя возможности задержаться. Но не драться же с ней. – Вам вооон туда. – указывает она в сторону дальнего проулка.

Потом встает в дверях, перекрывая проем своим необъятным телом, и добавляет уже сухо. – Надеюсь, вы больше не заплутаете. Нечего вам здесь делать.

Элара

Два дня я не живу, а существую. Спина и руки давно перестали болеть. Они онемели.

Вместе с моим сердцем.

Он приходил. Он видел меня. Жалкую. Сломленную.

Сломанную им.

И самое странное. Самое страшное – он знает о Маркусе.

Он копался в моем прошлом. Из самых его глубин достал то, что я надеялась забыть навсегда.

Ночью я не могу уснуть. Стоит закрыть глаза – вижу Деймона. Его глаза – штормовое море. Его руки на моей коже. Его голос: «Пожалуйста, вернись ко мне».

А когда все-таки засыпаю, просыпаюсь с его именем на губах.

Вот и сегодня так же. Я открываю глаза, еще чувствуя на губах вкус его губ. Звучание его имени до сих пор бьется отголосками в моих ушах.

За окнами темно. Лина спит – все как всегда. Я ухожу на смену задолго до того, как начинает просыпаться академия.

Но сегодня что-то изменилось.

На моей тумбочке что-то лишнее. То, чего там не было вчера. Присматриваюсь и вижу конверт. Официальная печать академии. Рядом записка почерком Лины: «Принесли вчера вечером. Ты уже спала, не стала будить».