Книга Уроки любви и предательства (от) для губернатора-дракона, страница 40 – Лера Виннер

Судя по очередной полуулыбке, Рейвен и это понял абсолютно правильно.

— Будьте так любезны.

Игривая любезность, полученная в ответ, ободрила, и я спросила о том, чем интересоваться сочла бы в другой ситуации неприличным.

— Правда, что даже сердца драконов закованы в толстую броню, которую врагам трудно пробить мечами?

Слушая биение его сердца сегодня, я вспомнила сказку, которую слышала в детстве, и коль скоро уж рядом оказался настоящий дракон, мне хотелось спросить.

Рейвен сделал вид, что задумался, а потом тряхнул головой, скупо улыбаясь:

— Уверяю вас, леди Стефания, у нас самые обычные сердца. Быть может, они чуть больше человеческих, но ни в какую броню в прямом и переносном смысле они не закованы.

В его словах мне померещился какой-то намёк, но его суть я ухватить не смогла.

Меня неодолимо клонило в сон, хотя я и понимала, что это неприлично.

Лорд Рейвен же, как оказалось, придерживался иного мнения.

Он сел, в очередной раз за вечер окинул меня нечитаемым взглядом.

— Отдыхайте. Вы устали, вам нужно поспать. А завтра я приглашаю вас на конную прогулку. Я впервые в Мейвене, так что покажете мне местные красоты.

Когда я открыла глаза, оказалось, что мои ноги всё ещё укутаны халатом графа Рейвена, а время приближается к обеду.

Самого губернатора дома не оказалось. Гризелла объяснила мне, что он отбыл во Дворец Правосудия по срочному делу и передала просьбу быть готовой к четырём часам пополудни.

Его планы относительно совместной прогулки были в силе, и это одновременно смущало и радовало.

Всё, случившееся вчера, казалось безумным горячечным сном: жестокие слова Патрика, в любви которого к себе я ни минуты не сомневалась, бесстыдные ласки в моей спальне, непринуждённый разговор после.

Как ни странно, говорить с Рейвеном и правда было легко. Насмешничал он или оставался пугающе серьёзен, в его тоне ни разу не проскользнуло настоящее пренебрежение. Я ждала, старалась, но не могла расслышать ничего, даже отдалённо похожего на ту высокомерную и холодную снисходительность, которой окатили меня родители и человек, на которого я возлагала самые большие и искренние в своей жизни надежды.

Быть может, дело было в том, что он как никто был осведомлён об истинных причинах моего поступка.

Быть может, и правда виртуозно умел примерить на себя чужие мысли и чувства.

Как бы там ни было, дракон, принесший мне беду, вдруг стал тем единственным, с кем мне было спокойно, поэтому я была полностью готова к назначенному им времени.

Всё ещё не чувствуя себя свободно в губернаторском доме, я предпочла дождаться в отведённой мне комнате, пока Гризелла не пришла сообщить мне, что граф ждёт во дворе.

Обменявшись приветствиями, мы выехали на дорогу и, помня, что направление предстоит выбрать мне, я сразу направила Бурю на север.

Лошадь то ли вспомнила, куда мы едем, то ли просто обрадовалась некоторой свободе, завела уши и довольно всхрапнула.

Солнце, несмотря на разгар дня, не было палящим, а птицы задорно перекликивались где-то в вышине, и ни я, ни Рейвен не спешили заводить даже самый нейтральный разговор.

Покосившись на него, я с некоторым удивлением отметила, что он и правда с интересом оглядывается по сторонам. Впрочем, губернатору полагалось быть знакомым со своими владениями, и мешать ему я не хотела.