Книга Рейтузы для дракона. Заклинание прилагается, страница 75 – Аллу Сант

Она кивнула и снова села. Видимо, устраивает.

Дальше был конкурс рисунков, где я с умным видом рассматривал каракули, на которых меня изображали то с крыльями, то с сердечками, то почему-то с чёлкой, а то и вовсе так как будто я был синим кружочком или гоблином. Кто-то нарисовал меня, держащим ребёнка на руках. Я чуть не сел на пол.

Мерзкий посланник выглядел довольным, как сова на фоне сдачи отчёта в казначейство.

— Вы замечательно вписываетесь, — прошипел он сквозь зубы, когда мы наконец оказались в стороне. — Все говорят, что вы изменились. Фото получились отличные. Один мальчик даже назвал вас «дядей Лапой».

— Если ты ещё раз это повторишь, я сменю фамилию, — буркнул я. — И уеду. На Север. К троллям.

— Потерпите, осталось три мероприятия, потом интервью, потом бал, а потом через пару месяцев можно подавать документы.

Я считал себя подготовленным. Я пережил сирот, пирог с начинкой, лютню, фальшивые колыбельные и даже девочку с белыми косичками, которая хотела убедиться, что я не ем детей по воскресеньям. Я выдержал всё это. Почти с достоинством. Почти.

А потом вышла статья.

«Герцог с сердцем дракона и душой няни. Почему Дарен Бранд — новый символ надежды для магических сирот».

Я прочёл заголовок трижды. Потом перечитал подзаголовок. Потом бросил газету. Потом снова поднял. Потому что не поверил. Потому что не мог поверить.

«Тот, кого раньше называли разбивателем сердец и опасным холостяком, теперь с нежностью поёт детям, раздаёт пироги и с трепетом держит за руку воспитанников приюта. Он не просто дракон — он отец мечты».

У меня дёрнулся глаз, а затем в легких закончился воздух.

— Отец мечты?! — прохрипел я, сминая газету в кулаке. — Да кто вообще пишет этот бред?! Где была редактура?! Где была… логика?!

Мой голос срывался, как у плохо настроенной скрипки. Я метался по кабинету, размахивал руками, бормотал ругательства и был близок к тому, чтобы зашвырнуть вазой в стену. Останавливала только ее стоимость. Глаз продолжал дёргаться. Возможно, он уже жил отдельной жизнью и собирался подавать заявление на увольнение из-за чересчур нервной работы.

Юрист, кстати, появился ровно в этот момент. Видимо, чувствовал запах горящей гордости на расстоянии.

— Прочли статью? — осведомился он без малейшего стыда.

— Прочёл?! — взревел я. — Меня назвали «дракон с душой няни»! Я! Герцог Бранд! Покоритель постелей и разрушитель моральных устоев!

— Это была согласованная формулировка, — спокойно заметил он. — Ваша популярность среди женщин несколько… сместила акценты. Мы уравновесили образ.

— Уравновесили?! Меня публично измазали кашей. Ни одна уважающая себя женщина не станет якшаться с тем, кого изображают в журнале с ребёнком на плече и цитатой «добрый и отзывчивый» в подписи!

Юрист пожал плечами. Как человек, у которого нет репутации сердцееда — а значит, и терять нечего.

— Женщины, с которыми вы раньше якшались, подавали на вас в суд и пытались женить на себе. Возможно, пора пересмотреть критерии.

— Не пора! — рявкнул я. — У меня были стандарты! У меня была… аура! Никто не пытался меня обнять без разрешения. Никто не говорил «умилительно». И уж точно никто не присылал в конвертах детские рисунки с подписью «спасибо, дядя лапка»!

Юрист кашлянул в кулак. Я не стал спрашивать, был ли это смех.