Книга Возьму злодейку в добрые руки, страница 39 – Светлана Бернадская

— Похоже, Амелия не видит в этом счастья. Именно поэтому ты хочешь, чтобы я сломала ее волю. Но я не стану этого делать.

Взгляд Ингита стал холодным, жестким. Примерно таким, каким она видела его в ту единственную ночь, когда разделила с этим мужчиной ложе.

— Как скажешь. Тогда обойдемся без материнского благословения.

Лавандея прищурилась.

— Ты не посмеешь ее убить.

Ингит осклабился.

— Убить — нет. Навредить — тоже. У нас ведь уговор. — Он развел руками и ухмыльнулся еще шире.

— Где Амелия, Ингит?

— Там, где она не сможет помешать моей свадьбе. Не беспокойся, после заключения брака моя теща вернется в целости и сохранности.

Молчи, Лавандея. Молчи и делай вид, что позволила ему победить, пока он не сделал непоправимое с несчастным ребенком.

Она изо всех сил сжала губы, состроив при этом недовольное лицо.

— Вот так-то. — Граф Холдор назидательно наставил на нее палец. — И не вздумай мне мешать, ведьма. Помни: клятву друг другу дали мы оба.

* * *

Брант с отвращением проглотил свою порцию причитающегося кандальникам варева и терпеливо дождался команды отхода ко сну. Да, он мог бросить кирку и уйти еще на закате, когда понял, что больше не связан заклятьем. Но, поразмыслив, решил, что на этот раз будет умнее.

Замок Спящий Гриф он знал как собственные пять пальцев, в отличие от понаехавших из Нехира шавок завоевателя. Ему не составило труда под покровом темноты обойти стражу, подняться по едва заметным выемкам в кладке внешней стены — там, где их скрывали от глаз шахты замковых уборных — и, балансируя на узком уступе за балюстрадой круговой галереи, пробраться к балкону хозяйских покоев.

Его светлость Амис был жив. И он даже находился здесь, в своей спальне, только стоял посреди нее, как истукан, обвешанный чужими рубашками, штанами и исподним бельем, и налитыми кровью глазами испепелял узурпатора, занявшего его ложе.

Ложе узурпатор аккурат в этот самый миг делил с раскрасневшейся полуголой девицей. Несколько мгновений Брант оторопело понаблюдал за тем, как тот стягивает со стройной ноги девицы чулок и бросает его на вытянутую руку господина Амиса, а затем перевел взгляд к двери.

Нет, ворваться в спальню и придушить злодея вторым, пока не снятым, чулком не получится. Возле двери в спальню стояли двое вооруженных стражей и с каменными лицами таращились поверх ложа — прямо в балконное окно, за которым прятался Брант.

Так, хорошо. Перед тем, как штурмовать хозяйские покои, придется раздобыть хоть какое-то оружие. А еще не мешало бы понять, что там с леди Амелией и леди Миртой. Вначале спрятать в безопасное место их, чтобы прихвостни Холдора не взяли их в заложники, а уж потом…

Он бесшумно скользнул за балюстраду и продолжил путь вдоль уступа к женскому крылу. Покои леди Амелии он опознал безошибочно.

Там брезжил неяркий свет. Брант перемахнул через перила и прильнул глазом к узкому зазору между шторами, которыми изнутри задернули распахнутое окно.

Леди Амелии здесь не было. Зато внезапно обнаружилась леди Лавандея — в белоснежной ночной рубашке и расшитом шелковыми нитями домашнем халате, небрежно накинутом на плечи.

Она сидела за туалетным столиком у окна и что-то сосредоточенно писала, время от время прикусывая кончик пера.

Брант затаил дыхание, наблюдая за ней. Она была так близко, что он слышал ее легкое дыхание. Так близко, что можно прямо сейчас чуть нагнуться, протянуть руку и дотронуться до ее распущенных волос, струящихся по плечам темным водопадом. Или до лебединой шеи, отчетливо видной в глубоком вырезе рубашки.