Книга Я мечтала о пенсии, но Генерал жаждет спарринга, страница 62 – Е. Лань

Но я сразу же вызвал Тэ-О.

— Найди того человека в соломенной шляпе, — приказал я. — Узнай, кто его хозяин. И передай "привет". Сломай ему правую руку, пусть знает, что смотреть на мою жену вредно для здоровья.

— Будет исполнено, Господин.

Я вернулся в спальню.

Сора уже лежала в постели, обложенная подушками, в её волосах сверкала новая серебряная шпилька.

— Ты разобрался с "фруктом"? — спросила она, не открывая глаз.

— Разобрался.

— Хорошо, а теперь иди сюда. Ты обещал мне массаж стоп. Ты проиграл пари, помнишь? "Любое желание".

Я вздохнул, снимая верхний халат.

Великий Генерал Чон Хасо, гроза Севера, будет делать массаж ног самой ленивой женщине в мире.

И самое страшное — я был счастлив.

Я сел на край кровати и взял её ступню в свои руки. Она была маленькой, прохладной и гладкой.

— Сильнее, — скомандовала она. — У меня там точка напряжения. Вся тяжесть мира скопилась в моей пятке.

Я надавил большим пальцем.

Она довольно застонала.

— О, да... Вот так. Ты полезный муж, Хасо. Я, пожалуй, оставлю тебя.

— Спасибо за милость, Ваше Величество.

Я массировал ей ноги и смотрел на её расслабленное лицо.

Любовь — это странная штука. Она начинается не с подвигов и не с красивых слов. Она начинается с момента, когда ты готов тереть чьи-то пятки после тяжелого дня, просто чтобы увидеть улыбку.

И я знал точно, что не позволю никому стереть эту улыбку.

Пусть только попробуют. Мой меч наточен, а моя жена... моя жена еще опаснее меня, если её разбудить.

Так что пусть спит.

— Спокойной ночи, Сора, — прошептал я.

— Мгм... — ответила она уже сквозь сон. — Тигра... не забудь... усы...

Я посмотрел на недошитую подушку на столе.

Усы.

Черт бы их побрал.

В жизни каждого человека есть испытания, которые закаляют дух. Голод, холод, долгие переходы по горным тропам с полным рюкзаком камней. Я прошла через всё это в своей прошлой жизни и ни разу не пожаловалась.

Но семейный ужин с родственниками мужа?

Это была пытка, которую не описал даже монах Хэчхо.

— Они приехали, — сообщил Чон Хасо, входя в мои покои.

Он был одет в парадный темно-синий ханбок, волосы убраны в идеальный узел сангту. Мужчина выглядел как безупречная нефритовая статуя. Красивый, холодный и готовый к обороне.

Я лежала на кушетке, позволяя Сун-и припудривать мне нос.

— Кто именно? — спросила я с надеждой, что список будет коротким. — Только ваша тетушка?

— Если бы, — Хасо тяжело вздохнул. — Тетушка Со, её сын Чон Мин, мой троюродный брат, который считает, что он лучший поэт в истории, и старейшина клана, дядя Пён.

Я застонала. Старейшина Пён, я слышала о нем. Ему было восемьдесят лет, он пережил трех императоров и обладал характером старого барсука.

— Может, я заболею? — предложила я. — У меня как раз «день тяжелых век». Мне трудно открывать глаза.

— Сора, — Хасо подошел ко мне и протянул руку. — Они приехали посмотреть на тебя. Слухи о нашей... эксцентричной жизни дошли до клана. Они хотят убедиться, что я не сошел с ума и не женился на ведьме.

— Но я и есть ведьма, — буркнула, неохотно вкладывая свою ладонь в его. — Я заколдовала тебя своей ленью.

— Именно поэтому ты должна пойти и очаровать их своим бездействием. Идем, я буду рядом, и не позволю им обидеть тебя.

— Я не из обидчивых, но если они испортят мне аппетит, я за себя не ручаюсь.