Книга В плену. И после. История одного эльфа, страница 42 – Анна Жнец

— На чем мы поедем дальше?

Фай тоже спрыгнул с лошади и едва не подвернул ногу, приземлившись ступней на небольшой камень, спрятанный под травой и листьями. Пришлось до треска стиснуть зубы, чтобы не простонать от боли.

— Не на чём — на ком, — поправила Грид.

— И на ком же? — Фай незаметно покрутил ступней, проверяя не вывихнута ли лодыжка.

— На мне.

Фай резко вскинул голову.

О богиня… Неужели сейчас он узнает, в какого зверя умеет обращаться Грид?

Прямо на глазах у Фая все вещи, которые они взяли с собой, — а их, к слову, было совсем не много — начали уменьшаться в объеме, а затем менять форму, пока не превратились в тонкие нити, браслетом обвившие запястье Грид. Левое. Правое — по-прежнему оплетала красная помолвочная лента.

— Чары трансформации, — догадался Фай, впечатленный увиденным. Нечто похожее проделывало Чудовище во время их совместного путешествия по Сумеречным землям.

— Ага, — кивнула ведьма. — Сложное колдовство, но, если ты оборотень, ничего не поделаешь — надо развивать в себе этот дар, пусть даже склонность к бытовой магии у тебя слабая.

— Почему? — удивился Фай. — Почему именно для оборотней так важно… — Он замолчал, судорожно втянув ноздрями воздух.

Одежда на Грид начала таять. Вернее, расползаться на отдельные нити, стекающие по ее телу, как струи воды, — тонкие змейки из черной ткани. Сперва оголилось плечо (и Фай нервно сглотнул слюну), потом — грудь: зарозовел торчащий сосок (и у эльфа перехватило дыхание). Не зная, куда себя деть от неловкости, Фай покраснел, побледнел, снова покраснел и отвернулся, когда штаны на ведьме тоже начали терять свою целостность.

— Что ты творишь? — прохрипел он.

— Отвечаю на твой вопрос.

— Какой вопрос? — Фай не понимал, почему так смутился. Когда Чудовище впервые обнажилось перед ним с Эвером, чтобы искупаться в грязной луже, оставшейся от высохшей реки, его щеки не горели настолько ярко. Сейчас же он чувствовал, что сгорит, вот-вот превратится в горстку пепла, — так жарко ему сделалось.

— На вопрос, почему для нас важны бытовые чары. Можешь обернуться, уже всё.

Не подозревая подвоха, эльф обернулся и вскрикнул от неожиданности, даже подскочил на месте. Грид стояла перед ним абсолютно голая. Не известно, что она имела в виду под «всё», но из вещей на ней были только красная обручальная лента на правой руке и толстый браслет из ниток — на левой.

Фай уставился себе под ноги.

— Так вот, — невозмутимо продолжила ведьма. — Оборотень трансформирует одежду в какой-нибудь предмет, который после обращения в зверя останется на его теле и не будет мешать. Благодаря этому, потом, когда он вернет себе человеческий облик, ему не придется сверкать голой задницей. Превратил браслет или, например, ошейник обратно в штаны — и оделся.

— И тем не менее голой задницей ты все же сверкаешь, — заметил Фай.

«Что за женщина! Никакого стыда! Одним словом, дикарка!»

— Ты бы вместо того, чтобы ворчать, пользовался моментом. Но вообще я не ставила себе целью вгонять тебя в краску. Просто бытовые чары — колдовство сложное. Есть оборотни, способные одновременно трансформировать и одежду, и свое тело.

«Как Чудовище», — подумал Фай.

— Но не я. Поэтому сначала — тряпки, затем — все остальное.

И она начала обращаться. Несколько секунд — и лесная поляна, окруженная высокими соснами, показалась Фаю невероятно тесной. Большую часть пространства заняло необычное существо, которое эльф прежде не видел и вряд ли был способен себе вообразить. Мордой и туловищем зверь напоминал пантеру с черной лоснящейся шерстью. Круглые уши, длинные усы, желтые кошачьи глаза. А вот тонкий хвост с кисточкой на конце явно достался Грид в наследство от предка льва. Сейчас хвост ходил из стороны в сторону, рассекая воздух как плеть.