Онлайн книга «Грёзы третьей планеты»
|
— Будущее… До будущего ещё дожить надо суметь. И сюда смотреть, обезьяньи дети! * * * — Господа студенты, внимание на меня! Породистый баритон прокатился по аудитории, смешиваясь с гудением люминесцентных ламп. Для пущей убедительности профессор Михеев постучал указкой по кафедре. Студенты перестали дремать за спинами товарищей и торчать в смартфонах, затихли и принялись изображать сосредоточенность. Перед их взорами в воздух взмыл гладкий цилиндр серого с голубоватым отливом вещества. — Запоминайте сразу, иначе никто не получит зачёт, – кончик указки сплясал вокруг цилиндра. – Во-первых, монокристаллический кремний наш друг. Человечество не придумало ничего лучше полупроводниковых приборов на кремниевой основе: надёжность, быстродействие, энергоэффективность… Во-вторых, тот, кто разбирается в технологическом цикле кремния, уже не примитивный дикарь, а человек, который звучит гордо. Я не рассчитываю, что хотя бы один из вас обогатит своими открытиями науку, но азы должны знать все! Цилиндр вернулся на стол рядом с кафедрой. Сбоку от него лёг микропроцессор с удалённой термораспределительной крышкой. Снизу на корпусе золотилась ровная гребёнка контактных выводов. Шеи вытянулись, глаза заблестели. Кто-то из студентов протянул руку, но чуть не схлопотал по ней указкой. — Конечности, пожалуйста! – Михеев быстро убрал процессор под плексиглас. – Выставочный образец! Ещё поцарапаете или, не дай Менделеев, разобьёте… — А чип из биоматериала не покарябаешь нимало! Стриженые и не очень головы синхронно обернулись на рифму. Источник выглядел не сильно старше – словно только вчера получил диплом. В ладонях у гостя загадочно мерцало и едва заметно пульсировало нечто полупрозрачное. Михеев покривился: — Знакомьтесь, доцент Опанасенко, наш в некотором смысле коллега… Всё балуешься? — Балуюсь, – радостно кивнул тот. – Но ты посмотри, какой красавец! Биочип пошёл по рукам. Гул восхищения, беспорядочные расспросы и даже чьё-то «ай, он склизкий!» вместе со взрывом смеха вызвали неподдельный ажиотаж. Пришлось вновь использовать указку, чтоб завладеть общим вниманием – и его объектом. — Да, красиво, – покрутил в пальцах добычу Михеев. Потом под хоровой вздох брезгливо проткнул мизинцем и бросил обратно хозяину. – Красиво, но уязвимо. Чипы на биологической основе слишком мягкие. Вот кремний себе таких глупостей не позволяет! Опанасенко широко улыбнулся, погладил биочип – и отверстие на том затянулось само. — Согласен, недостаток. Зато пока процент брака в производстве кремниевых процессоров достигает пятидесяти, а то и семидесяти процентов, мы из одной затравки выращиваем безупречную партию с полностью предсказуемыми параметрами. Можем и с заданной вариацией свойств. Можем и по индивидуальным проектам. Кстати, полностью совместимым с человеческим мозгом. Он подмигнул тем студентам, которые заинтересованно потянулись ближе. Те вновь загалдели, явив неожиданную эрудицию в вопросах биотехнологий, нейроинтерфейсов и прочего киберпанка. Чувствуя, что теряет инициативу, Михеев опять постучал символом власти по кафедре и ближней парте, но чуть его не сломал. — Выращивание биочипов – верхоглядство и прожектёрство! – ему пришлось повысить голос, чтоб перекрыть нарастающий гвалт. – Тогда как полупроводниковые приборы – крупная, солидная отрасль. Достаточно взять и приложить немного усилий для изучения пула связанных технологий; умственных усилий, естественно. |