Книга Симфония мостовых на мою голову, страница 88 – Анна Рудианова

— Где он? — спросил Давид, склоняясь над отцом. Обращался он уже не к нему, а своему персональному безумию.

И оно отвлеклось от мужчины, довольно оскалилось и ответило:

«Рядом с новой жертвой».

Над отцом синхронно с Давидом скалилась чернота. Такая же злая и истерзанная, как и сам Давид.

* * *

Удивительно, но промозглый ветер совсем не холодный, если щекочет синяки и ссадины на лице. Даже немного приятный.

Явившийся призрак оказался довольно общителен.

«Я покажу», — потянул он за собой Давида. И пришлось надеть куртку на саднящие руки и выйти во двор. Холодная апрельская ночь пробиралась под одежду вместе со скрежетом призрака.

Казалось, теней в подворотнях стало ещё больше. Их пасти, словно фонари, сверкали из каждого тёмного угла.

Но Давид устал бояться. Ему надо найти одного конкретного маньяка, убить его, и от него отстанут.

Эта мысль грела и обнадёживала.

А после этого он со спокойной душой может поселиться в любой больнице и пропить курс таблеток.

Потом.

Сейчас, если убийца действительно появился снова, надо спасти человека.

И как станет ловить маньяка, Давид решит тоже потом. Скорее всего, вызовет полицию. Не будет же он его резать, в самом деле. Он сжал расчёску в кармане.

Хотя отпор он дать сможет.

Возможно, только из-за призрака он смог ответить отцу, разозлился сам так же сильно, как и потустороннее.

Может, это и к лучшему.

Двор, который выбрал призрак для прогулки, ничем не отличался от других дворов Петербурга. Тёмная арка с железными воротами, сломанный домофон, скрежет решётки. Грязные, обосанные стены и мусор с какахами, всплывшие как только растаял снег. Бледные граффити, ещё не закрашенные коммунальщиками: девушка с длинной косой разноцветных волос и корова с розовыми крыльями.

Призрак пролетел в грязный подъезд и потёк по щербатым ступеням вверх. До самого последнего этажа. Остановился рядом с деревянной дверью, ведущей на чердак.

Давид кивнул и без разговоров потянул ручку на себя. Дверь со скрипом открылась.

«Скорее! Убей!» — скрежетало рядом.

Темноту чердака развеивали тонкие лучи света, проникающие через узкие окошки, словно ножи они разрезали тьму и заставляли личного призрака Давида шипеть и жаться к стенам.

Куча сломанных досок, туалетная вонь и явный запах алкоголя.

Что он здесь ищет?

Давид на всякий случай отвинтил лезвие, коснулся острого края подушечкой большого пальца. Леденящий холод успокоил, дышать стало легче. Хорошо, что успел забрать самое ценное из дома. И рёбра перестали болеть.

И увидел тёмный сгусток впереди. Услышал слабый стон.

«Ты нашёл её! Нашёл! Это она! Она! Убей! Убей! Убей её!» — Чернота метнулась к человеку, распластанному на грязном полу, нависла над ним и заскрежетала.

Давид подошёл к телу, пригляделся.

В темноте девушка выглядела бледной, странной.

— Эй, с вами всё нормально? — спросил, отгоняя навязчивую черноту, склонившуюся вместе с ним.

Скрежет оглушал, вместе со стуком сердца бил по ушам, заставлял жмуриться и протирать очки.

Давид прищурился, напрягая глаза. Присел и потормошил девушку за плечо.

И понял, что это действительно тело. Девушка в тёмном плаще смотрела вверх тусклыми невидящими глазами. И была мертвее всех мёртвых.

Рука её упала на доски. По белым ладоням сочилась кровь.

Гул стал просто невыносимым.