Книга Симфония мостовых на мою голову, страница 89 – Анна Рудианова

Давид сел рядом с девушкой на пол и схватился за голову.

Надо позвонить в скорую. Она же только что стонала. Вдруг он успеет.

«Мертва! Мертва!» — скрежетало вокруг. Казалось, призрак был недоволен. И от его злобы разрывало внутренности.

Слизь разлеталась клочками и пачкала одежду девушки.

— Отвали! — отмахнулся Давид, стараясь отпихнуть монстра.

Это летающее чмо просто издевается над ним! Хочет свести с ума и смеётся. За что оно так ненавидит Давида? Просто за то, что он сын его убийцы? И как долго собирается мстить ему? Пока Давид и сам не сдохнет?

Нож выпал из рук.

Послышался хлопок двери. Быстрые шаги.

Есть ли выход из этого замкнутого круга?

Игнорировать этот скрежет казалось лучшим выходом, но теперь Давид решил слушать призрака и напоролся на настоящие неприятности.

— Вы арестованы, — раздалось сверху. На Давида налетело тяжёлое тело, ткнуло мордой в пол и заломило руки за спину. Задыхаясь, проговорило: — Вы обвиняетесь в убийстве с отягчающими обстоятельствами.

Ирина Синицына

Количество говна, прилетающего в морду Давида, увеличивалось в геометрической прогрессии.

А я-то думала, что хуже быть не может. Да и что может быть хуже призрака и отца-придурка?! Но нет. Утренний звонок Давида поднял нас на новую высоту геморроя.

Я, ещё не разобравшись в ситуации, обрадовалась, что он, наконец, прозрел-напился-определился, или что-там-у-него-ещё-могло-произойти, и признал мою исключительность, и мы сможем, наконец, встречаться как все нормальные люди.

Хотя «нормальные» явно не про Хворя.

Да, признался. Но звонил из изоляторя. Вам когда-нибудь звонили с признанием любви из тюрьмы? Сомнительное удовольствие.

Да и Давид, как обычно, был немногословен:

— Ира, прости меня, — буркнул в трубку сиплым голосом. — Верь мне. Я не делал этого.

Чего не делал? За что прости? Нет, он, конечно, сволочь исключительная, так утро испортить. Но за это я его и люблю. Гадость-человек, зато внутри добрый и романтичный.

— Она меня привела, видимо, убийца не моя мать, а кто-то, кто ещё на свободе. И надо его поймать.

Каша в голове не складывалась. Единственное, что я поняла, — Давид говорил о своём приведении.

— Если твой призрак знает, кто убийца, почему просто не скажет?

— Может, не может? — голос испуганный, нервный, быстрый.

— Может, ты просто не спрашивал?

— Я не знаю, как с ними общаться! Я даже с родителями теперь не могу поговорить. И эта тварь привела меня к трупу!

— Время! — гаркнули на той стороне, и Давид отключился.

А я осталась сидеть на кровати с сотовым в руке.

Трупу, значит.

Глянула на телик, работающий, как обычно, фоном. Там красивая журналистка вещала о предстоящем саммите в Санкт-Петербурге Пощёлкала каналы. На местном как раз была сводка новостей: две драки, несколько аварий и убийство. Оказывается, уже третье по счёту со сходным стилем.

Жертва — девушка, молодая, красивая.

Задушена.

Также сообщили, что вчера поймали виновного в этих преступлениях.

На панике я захватила с собой батю, и он даже присвистнул, когда мы подъехали на Петрозаводскую улицу. Там за неприметной обычной подъездной дверью скрывалось отделение полиции петроградского района. Ну как скрывалось? Никак не скрывалось, собственно. Блистало табличкой на всю улицу и даже решётками на окнах.