Книга Когда Шива уснёт, страница 149 – Ирина Валерина

Кир нахмурился. Очередные разрушители? Ну уж нет, воюйте сами.

Йолупень отшвырнул тороидный мир без сожалений.

— Ладно, тццц! А ну-ка этот глянь?

Глянул. Открылась крошечная планета, где ветер веял серую пыль по безжизненным плоскогорьям. То там, то здесь из скальной породы проглядывали кристаллы, переливающиеся всеми цветами радуги. Когда Кир вгляделся, один из них словно ответил на его взгляд вспышкой яркого света.

— Не заморачивайся, ему не до нас, он сновидит, — белк цокнул и дёрнул хвостом. — А вот его грёзы.

Кир увидел город: большой, с величественными зданиями, с проспектами и площадями. Огромная звезда бело-синего цвета уже стремилась к закату, но горожане — приземистые осьминогообразные существа с множеством гибких конечностей и добрым десятком глаз у каждого — не спешили по домам, а неспешно прогуливались в скверах и возле многочисленных прудов.

— Ха, вот и хозяин… Пока ещё хозяин. — Йолупень ткнул коготком в неказистую фигуру гуманоида, маячившую в скверике. Дряхлый старик возился с причудливыми инструментами, видимо, затачивая их.

— Как мило. Бог среди своих созданий. Скромное божество, — белк снова обнажил мелкие зубы в подобии улыбки. — Последние деньки доживает точильщик-то, а потом, глядишь, родится принцем крови. Мир уже практически твой, что хочешь, то и творишь. А надоело — раз! — и схлопнул пространство, и создавай заново, что пожелаешь. Нравится?

Не нравится. Скучно быть богом.

Множества миров сменялись подобно пёстрым узорам в тубе калейдоскопа. Планеты, извергавшие из своих недр лаву, где огненные существа ждали своего грозного подземного бога; заключённые в ледяной панцирь миры, где в перьях ветра кружили почти бестелесные обитатели, вознося молитвы к суровым небесам; элизиумы с поистине райским климатом, где жизнь проходила как вечный праздник; нити галактических трасс, по которым неслись в тисках анабиоза парсек за парсеком или же преодолевали немыслимые расстояния в мгновение ока существа, столь причудливые на вид, что Кир только диву давался. Поле разумной энергии, растянувшееся на десяток световых лет; космический червь, проглотивший в один приём звезду размером с Канопус; газовые облака, имевшие свою иерархию; кометные бои обитателей созвездия Волопаса — всё проходило перед взором Кира, но уже не увлекало. Он был сыт по горло и впечатлениями, и возможностями. В конце мелькнула довольная ухмылка рептилоида, одним щелчком по подобию клавиатуры потопившего целый континент, и Кир отвернулся.

— Мир так велик… И по большей части жесток. — Йолупень вздохнул с притворным сожалением и повалился в траву, демонстрируя туго набитое брюшко, покрытое густым белёсым подпушком.

— Ты подумай всё же. Мир-то мы тебе по-любому подберём, вон их сколько и все, ц-ц, неповторимые, — белк пренебрежительно взмахнул лапкой, указывая на дуб. — Тут же ж главное, чтобы ты захотел стать богом. А ты — не хочешь. Не станешь ты ману собирать, не твоё оно. Такие, как ты, от славы не подрываются.

Кир согласно кивнул.

— Верно, не нужна мне слава. И мирами править не хочу. Я ещё не разобрался, кто я есть и что могу. И чего хочу, пока не знаю. Мне нужно… к людям. К равным.

Йолупень хмыкнул:

— Может, и так. Тут я тебе не советчик. Ищи свою дорогу. Не пустой ты, слушай себя, все ответы в тебе.