Онлайн книга «Когда Шива уснёт»
|
Тяжёлые мысли внезапно прервал посторонний звук. Аш-Шер настороженно вслушался. Где-то в глубине дома вкрадчивый, тихий голос старательно выводил немудрящий напев. «А-а, а-а, а-а, а…», — поднимала вверх, бережно покачивала в тёплых ладонях волна мелодии, под которую в младенчестве засыпали и всесильные боги, и смертные люди. Колыбельная… Её в этом доме могла петь только… — Эви? Эви, ты здесь?! Песенка оборвалась. — Эви нет, Эви нет, Эви больше н-н-нннееет! — серебристым голоском прозвенел влетевший в комнату «колибри» и закружился над головой. — Птичка з-з-зннаает секрет, птичка з-з-знаает секреет! — Заткнись, дрянь! — Аш запустил в него металлической чашкой для льда, но промахнулся. — Тш-шшшш, — раздался за спиной безликий, бесстрастный голос. — Тшшш… Всё пус-с-с-тоое… Нет места ярости, нет места страсти, нет места радос-с-стиии… Больш-ш-ш-ше не нужно убегаать… Аш вздрогнул от неожиданности. Рассудок ещё пытался анализировать, но звериная интуиция уже разожгла костёр паники. Адреналин взорвался в крови, мышцы напряглись, всё тело собралось для рывка. Только вот бежать было некуда, он и так зашёл слишком далеко. Тёмная тень поднималась за спиной, медленно раздувая капюшон. Аш сжал кулаки, чтобы сдержать дрожь, и повернулся, признавая окончательный проигрыш. Горечи он не испытывал, поскольку сделал всё, что мог. Проиграл достойно. Ещё беспокоила какая-то важная, неоткрытая мысль, но не осталось времени понять. Впрочем, и это уже не имело значения, потому что едва он заглянул в её глаза, как сгорели все мысли и застыли чувства… Бездна смотрела на него, неспешно покачиваясь из стороны в сторону, — гипнотизируя, подавляя остатки воли. «Вас… силиск…», — снуло шевельнулось угасающее сознание, после чего Аш-Шер камнем полетел в пропасть бездонных вертикальных зрачков. Лоснистая гадина плавно повела маленькой головкой и грациозно раскрыла иссиня-чёрный капюшон. — Посслушшный… Хорошшшоо… Иди… Покажи мне с-с-себя… Откройс-с-ся… Она лишь на доли секунды отвела взгляд — и сразу стало легче дышать. Аш качнулся, точно пьяный, возвращая себе контроль над телом. Теперь он мог осознавать свои действия, однако воля его оставалась в подчинении. Её повеление было превыше всего. Пошатываясь, побрёл обратно в холл. Тварь ползла следом, производя при движении едва слышимый шелест. — Открывай вс-с-се двери, покажи с-с-свою изнанку… Приглас-с-си за с-стол, обнажи мыс-с-сли, впус-с-сти меня в с-свою с-с-спаальню. — Обилие свистящих и шипящих в её негромкой монотонной речи завораживало Аша. Он уже хорошо владел телом и чувствовал, что возвращаются силы, но даже квёлого ростка мысли о побеге не обнаруживалось в нём. Тёмное, тягостное клубилось сейчас там, где ещё недавно был свет. За его спиной в наступающем мраке медленно растворялась столовая, очертания предметов текли, постепенно утрачивая узнаваемые черты. Освещёнными и проявленными оставались только те комнаты, которые Аш-Шер пока ещё видел. Вот весёлая салатовая дверь, разрисованная озорными пёстрыми котятами. Эвина придумка… Детская. Комната сына… Рука Аша замерла на полпути. — С-с-смелее… Я вс-с-сего лиш-ш-шь пос-с-смотрю… Никто же не умрёт от этого, верноо? Верно. Дверь распахнулась, открыв взгляду мир любимого ребёнка. |