Онлайн книга «Бывший. Его брат. И я»
|
Я стону в губы Даниила. Он усмехается, стягивает с меня платье, а я тянусь к нему. Он тоже возбужден и едва себя контролирует. Он дышит часто и целует меня так, словно хочет съесть, пока все мое тело принадлежит Даму… …— Мне нужно в душ! — выпаливаю я, вскакивая, когда всего после одного глотка шампанского и пары минут передышки, Дамиан снова наклонился ко мне и втянул в рот розовую горошинку, посылая по удовлетворенному телу новые разряды. Сердце колотится где-то в горле. Щеки горят. — Мира... — начинает Даниил, облизывая и так влажные губы. На его шее виднеется мой след. — Правда нужно. Я… Где у вас ванная? Дамиан поднимается. Дан тоже. Я отхожу еще на шаг, желая сейчас же помыться, чтобы им было не неприятно меня касаться. Одним движением — как хищник, которому некуда спешить, потому что добыча уже никуда не денется. Он не говорит ни слова. Просто смотрит — этим своим тяжелым, голодным взглядом, от которого внутри все сжимается и разжимается одновременно. Взглядом, который раздевает — не тело, нет. Душу. А потом — делает шаг ко мне. Паркет скрипит под его ногой. — Дамиан... Еще шаг. Расстояние между нами тает. — Я серьезно, мне нужно… Он не слушает. Или слушает — но ему все равно. Одним движением — плавным, уверенным, таким, словно он делал это тысячу раз — он наклоняется и подхватывает меня. Просто поднимает, как пушинку, как ребенка, как что-то бесконечно ценное. Одну руку под колени, другую — за спину. Я чувствую его пальцы сквозь ткань — горячие, уверенные, собственнические. — Эй! — пищу я. Голос выходит на октаву выше обычного. — Что ты делаешь?! — Несу тебя в душ, — отвечает он невозмутимо. Как будто это совершенно нормально. Как будто он каждый день носит женщин по дому. — Ты же хотела в душ. — Я сама могу дойти! — Можешь, — соглашается он, не останавливаясь. Его шаги — мягкие, уверенные — отзываются в моем теле мерным покачиванием. — Но я хочу исправить это недоразумение. — Какое? — Не хочу, чтобы ты могла ходить после нас. Мои руки — машинально, инстинктивно — обвиваются вокруг его шеи. Пальцы касаются волос на затылке — мягких, чуть влажных у корней. Он пахнет камином, шампанским и чем-то древесным — то ли хвоей, то ли сандалом. Ой, что будет, то будет… Коридор. Тусклый свет. Картины на стенах — я их не вижу, все размыто. Дверь. Белая, с матовой ручкой. Ванная — просторная, с большим зеркалом во всю стену и душевой кабиной. Большой душевой кабиной… Мысль мелькает и пропадает, оставляя после себя жар в нижней части живота. Дамиан не опускает меня на пол. Он стоит посреди ванной — на холодном кафеле, под белым светом ламп — держит меня на руках и смотрит. Сверху вниз. В самую душу. Туда, где я прячу все, о чем боюсь даже думать. — Отпусти, — говорю я. Голос звучит неубедительно даже для меня самой. Больше похоже на просьбу остаться. — Нет. — Дамиан… — Нет, — повторяет он. Тихо, но твердо. Так говорят о вещах, которые не обсуждаются. — Ты весь вечер убегаешь. От себя. От нас. От того, чего хочешь на самом деле. — Я не… — Хочешь, — он наклоняется ближе. Его губы касаются моего виска — едва-едва, призрачно. — Я вижу. Мы оба видим. Весь этот чертов вечер ты смотришь так… Когда ты смотришь и думаешь, что мы не замечаем. Когда ты задерживаешь дыхание, когда кто-то из нас подходит слишком близко. Когда прикусываешь губу — вот так, как сейчас. |