Книга Мой темный принц, страница 161 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

Когда я впервые прочла письмо о зачислении, то почувствовала одну только пустоту. Я читала его на крохотной кухне, которая служила мне еще и спальней, и ванной, и гардеробной. Я отпила слабый чай – из заваренного уже в пятый раз пакетика – и кивнула самой себе.

Я смирилась с тем, что никогда не стану счастливой и состоявшейся.

Поэтому довольствовалась выживанием.

= Брайар=

Месть – это блюдо, которое подают холодным.

Я подам свое с мороженым.

Когда Оливер вернулся с едой навынос, за которой ехал целый час, то застал меня на кухне, где я накладывала домашнее мороженое с кокосом и медом в вафельный рожок, покрытый белым шоколадом и кондитерской обсыпкой.

Я сунула рожок ему под нос и поцеловала в щеку.

— Все для тебя.

От одного его вида после четырех дней, проведенных порознь, у меня сбилось дыхание.

Оливер был так хорош в черной футболке с треугольным воротом и брюках свободного покроя. А еще эти вены, которые вились по его предплечьям, рельефный пресс, проступающий под футболкой, и, боже мой, крепкие руки и ноги.

Ладно. Я испытывала крайнюю сексуальную неудовлетворенность от одной мысли, что этот мужчина живет неподалеку, а уж тем более под одной крышей со мной.

Но это не значит, что я прощу его только потому, что он сексуальный.

Олли прищурился.

Опустил взгляд, рассматривая рожок.

— В чем подвох?

Я украсила мороженое вишенкой.

— Никакого подвоха.

Он нахмурился и скрестил руки на груди, отчего его бицепсы стали еще объемнее.

— Все нормально?

— Сказочно. – Я улыбнулась от уха до уха. – Дай, пожалуйста, знать, как тебе мое мороженое. Особый рецепт.

— Особый рецепт с белым мышьяком и фосгеном? – Он всмотрелся в мое лицо в поисках злости или раздражения.

Я не сказала ему ни слова о статье в «Нью-Йорк Таймс», впрочем, не видела его уже несколько дней. Тем вечером, когда я узнала о ней, он привез мой удон и умчался, пока я не успела высказать ему недовольство.

— Брось, – надулась я. – А где же доверие?

— Только не к женщине, которая прошлой ночью нарисовала на моем лице два члена перманентным маркером, пока я спал. – Он указал на свое лицо, на котором вроде как еще виднелись легкие очертания фаллической формы на обеих щеках.

Ладно, может, я и правда отомстила за объявление о помолвке. Но до чего же поразительно, что я сумела нарисовать их в кромешной темноте. Даже телефоном не подсветила.

— Ты очень крепко спишь. Я помню об этом еще с тех времен, когда мы были вместе. – Я пожала плечами. – Слишком уж велик был соблазн. Я не устояла.

Оливер указал на мороженое.

— Я не стану пробовать, пока ты не пообещаешь, что меня не унесут отсюда на носилках.

— Клянусь. – Я прижала руку к груди. – Нормальное мороженое. Вот, я первая попробую.

Я выхватила у него рожок и лизнула, все это время глядя ему в глаза. Он судорожно сглотнул и поправил штаны. Я чуть не рассмеялась при виде его примитивной реакции.

— Видишь? – Я вернула ему рожок. – Разве может быть что-то лучше этих сливок?

— Да, те, что у меня в штанах после такого зрелища, – проворчал он, поднеся мороженое к губам. Он повторил мое движение языком, не разрывая зрительный контакт. – Ох черт. – Он хмуро посмотрел на рожок и лизнул еще раз. – И правда очень вкусно.

Я села, уперлась локтями в столешницу и, подперев подбородок кулаком, стала наблюдать за ним.