Книга Дикая. Я тебя сломаю, страница 87 – Ксения Рокс

Толпы болельщиков уже у касс, шум, крики, запах попкорна и пива. Люди в шарфах, шапках, с плакатами.

Мы притыкаемся в самую гущу. Ярик почти сияет. Как будто всё это — подарок от жизни персонально ему. Я знала, как он хотел посмотреть этот матч, только по телевизору. И тогда мне в голову пришла идея: увидеть игру вживую.

— Это не Испания, конечно… Но тоже неплохо, — подшучиваю.

— Ты не понимаешь. Это даже лучше! — его глаза сверкают, а у меня в сердце становится теплее.

На трибунах ревёт стадион. Мы сидим рядом, плечо к плечу. Гул толпы, звон сирены, комментатор, азарт.

Команда забивает гол. Взрыв радости, рев. Я даже вздрагиваю, а Ярик вскакивает, хватает меня и, смеясь, резко целует.

Стадион шумит, весь мир будто исчезает, остаётся только он.

— Ты — моя Испания, — шепчет, почти касаясь губами моего уха. — Нет, даже не Испания. Ты — мой мир.

Я закрываю глаза, ощущая это сердцем.

Пахнет весной, травой, шумящей толпой, адреналином… и им.

Я растворяюсь в его объятиях, в его смехе, в этом шуме. И понимаю: я больше не прячусь. Не жду подвоха.

Я просто живу.

Ярик сжимает мою руку, и я знаю — этот момент запомню навсегда. Пока орёт стадион, пока бегут игроки, пока город живёт где-то за пределами этого пространства — мы просто есть.

Я и он.

Как будто две части одного целого. И если сейчас кто-то спросит, что для меня счастье, я, наверное, просто улыбнусь.

Потому что ответ сидит рядом, держит мою руку и смотрит на поле глазами, в которых отражаюсь я.

Два года спустя

Дина

Кружусь перед зеркалом и не верю, что это происходит на самом деле. День нашей свадьбы.

Нашей… Моей и Ярослава. Два года пролетели, как сон. Иногда мне всё ещё кажется, что мы только вчера стояли в спортивном зале и дурачились на спарринге, щёлкали друг друга по перчаткам, а Михаил Витальевич смеялся, махал рукой и говорил, что из нас выйдет отличная команда.

И вот, пожалуйста… Команда вдруг стала одной семьёй.

Платье белое, простое, прямое — без кружев и лишних деталей. Никаких кринолинов, роскошных бантов. Я хотела именно так: чисто, минималистично, без излишеств. Смотрю на себя и вижу женщину, а не девочку, которая когда-то боялась быть нужной кому-то по-настоящему. Лёгкие локоны падают на плечи, макияж едва заметный.

Я нравлюсь себе…. Такой — честной, спокойной, сдержанной.

Арина стоит сбоку, красит губы перед вторым зеркалом, хмыкает:

— Мда… вот уж кто бы мог подумать, когда мы с тобой дрались в универе, что через пару лет ты станешь частью нашей семьи.

Её голос больше не звучит ядовито, теперь в нём нечто вроде дружеской иронии. И это смешно. Когда-то я её ненавидела, она вызывала у меня дикое раздражение.

А сегодня… почти подруга, своего рода.

Мы нашли общий язык, пусть своеобразный, но всё же.

— Жизнь иногда преподносит сюрпризы, — отвечаю, пытаясь застегнуть молнию на спине.

— Боже… дай помогу, клуша, — Арина закатывает глаза, подходит, ловко подцепляет замок и застёгивает до конца.

— Да пошла ты, — фыркаю я, но беззлобно.

Она морщит нос, ухмыляется:

— Сорян, придётся терпеть.

— За что мне всё это, — бормочу с притворным тяжким вздохом, и мы обе смеёмся.

Тёплый, лёгкий смех. Я не думала, что когда-нибудь смогу так спокойно смеяться в день собственной свадьбы. Там более с Ариной. Жизнь и в самом деле преподносит сюрпризы.