Книга Вторая семья. Неверный, страница 29 – Ирина Манаева

Представляю картину, немного кривясь. Всегда ненавидела такие новости, особенно в подробностях. А уж когда они касаются кого-то знакомого, вообще жуть. Из слов понимаю, что она совершенно ничего не видела. Ни капельки, ни грамма. И это настораживает.

На заднем фоне ходят медики в халатах. То ли для антуража, то ли действительно по делам. И несколько раз мелькают люди. Останавливаю кадр, приближая видео. Кажется, этого парня я где-то видела.

Всматриваюсь в лицо, и память прочёсывает картотеку на предмет совпадений. Мимоходом, случайно. Возможно, обмолвились парой слов. Наконец, вспоминаю, что встречала его в аптеке, где покупала баллончик. Ну да, случайный прохожий. Наверное, пришёл кого-то навестить.

Досматриваю ролик до конца, где последним кадром идёт дверь больницы, будто возможным убийцам подсказывают точное местонахождение, и неприятно сосёт под ложечкой. Я не желаю зла Рубцову, Бог ему судья. Мы выгребем и без него, а осквернять душу чёрными мыслями, — не стану.

Сообщения принимаются булькать одно за другим. Ого, кажется, у Инги совсем нет здравого смысла, раз она захотела бросить вызов через экран. Интересно, что скажет Рубцов, когда очнётся. Будет несказанно рад, что «жена» взяла всё в свои руки?

Только вопрос уже не в когда, а в если. Потому что никто никаких гарантий давать не может.

За час до полудня несколько раз вытираю ладони о рубашку, потому что они нещадно потеют, за полчаса мерю комнату шагами.

— Карин, давай вызовем полицию.

Лиза смотрит на моё мельтешение, сидя в кресле с чашкой чая, которую задумчиво пьёт вот уже минут двадцать.

— Нет, — качаю головой. Не хватало мне сюда ещё и полицию приплетать. И что я им скажу? Меня хотят выселить из дома законно? Буду надеяться на то, что даже у мудаков есть сердца.

Около часа успокаиваюсь, ближе к двум размышляю над тем, сколько у меня времени. Я же просила отсрочку, только по датам не договорилась. Да и что по цене? Он хочет полную стоимость дома или в два раза больше?

Кого я обманываю. Даже треть отдать так быстро не смогу, а он мне не крёстная мать, чтобы ждать вечно.

— Что собираешься делать? — интересуюсь у сестры. Нет, конечно, помогу, чем могу, только надо на вещи здраво смотреть. Я тоже женщина в затруднительном положении. И не сегодня — завтра останусь без крыши над головой.

Кир в школу не пошёл. Не хватало ещё, чтобы ему тыкали под нос видео со втором мамой. Понимаю, что это не выход из положения, и ему придётся учиться, но пока не могу придумать, как оградить ребёнка от грязи.

— Работу искать, — говорит Лиза, смотря куда-то в стену. — На первое время деньги есть, там посмотрим.

— Беременных не берут, — напомнила ей. — Или ты будешь врать?

— Могу работать на удалёнке.

— И что будешь делать?

— Копирайт текстов, тестировка продуктов, размещение объявлений. Не знаю.

— Вернёшься потом в город?

Спрашиваю, потому что у Лизы там трёхкомнатная квартира. То, что осталось от родителей. Она не захотела жить здесь, потому решили всё продать. Моя часть в доме, который уже не мой, её в городе, где каждый смотрит косо. Но у неё хотя бы что-то есть.

— Не хочу, — качает головой, и я понимаю её. — С чистого листа…

— Ладно, мне по работе надо уехать. Заскочу в типографию и обратно. За Киром присмотри.