Книга Вторая семья. Неверный, страница 57 – Ирина Манаева

— Надо, Рустам, надо, — ставлю острие на середину экрана и ударяю молотком.

Рубцов сломал мою жизнь, я испортила его трусы и телефон. Равноценный обмен?

— Бери, — протягиваю Рустаму гроздь, на котором висит гаджет. — Привет другу передавай. Сразу амнезию рукой снимет.

— Тебе больно, Карина, я понимаю.

— Ой, только не надо меня лечить, — машу в его сторону рукой. — Ты не психолог, а чёртов страховой агент. Так что не начинай.

— Карин, он хочет поддержать, — заступается сестра.

— И навязать мне комплекс вины! — не могу успокоиться.

— Ладно, пойду, — он идёт в сторону выхода.

— Блин, Рустам, — чувствую себя последней стервой. — Извини. Нервы ни к чёрту.

— Да понимаю.

— Только учти: я тебе верю. Ты говоришь, что всё плохо — я верю. Не дай мне разочароваться в тебе!

Смотрю на него внимательно. Мне нужны друзья. Те, на кого можно положиться хотя бы в информации.

— Я правду говорю, — отвечает, и я вижу это. Потому что он не умеет лгать.

Рустам уходит через полчаса, а Лиза тычет в лицо экраном воего телефона.

— Мудак, — выносит вердикт, а я смотрю на улыбающегося мужчину, который обнимает незнакомку. — Запиариться на мне решил. Теперь у него от клиентов отбоя нет, как у самого скандального фотографа. Там столько придурков, готовых эпатировать. Цирк уродов, — выдаёт она свои мысли. — Ты можешь себе представить, чтобы лет пятьдесят назад измена могла нагнать популярности кому-то?

— Грамотный пиар, — пожимаю плечами. — Может, Рубцов был намерен повторить его успех?

Говорю и принимаюсь смеяться.

— Что? — не понимает Лиза.

— А ты ведь им обоим подарила эти поло! — вспоминаю фотографию, из-за которой мы чуть не поссорились. Ту самую, на которой Кир якобы узнал Рубцова.

Из Европы Лиза привезла подарок Максу и своему фотографу: две одинаковых футболки. Как оказалось, подлецам всё к лицам.

— Что там говорят на УЗИ, кстати.

— Нормально, — кивает. — Пока наблюдаться.

— Пол ещё не видно?

Конечно, я говорю с улыбкой. Такие вещи только Рубцов мог спросить, когда я вернулась с первого скрининга.

— Девочка, — подыгрывает Лиза. — Назову её Настей, как из сказки. Помнишь? Такая милая и красивая, — вспоминает она любимое кино.

— Почему девочка?

— Потому что все мужики…

Она не договаривает, на кухню входит Кир с другом, и я принимаюсь исполнять обязанности матери и хозяйки: накрывать на стол.

Через пару часов звонит свекровь, и я выслушиваю от неё всё в красках. Посылка получена, она не оценила моего модерна. Говорит о беспечности, о том, что у меня нет совести, потому что Макс на волоске от гибели, а я даже не соизволю явиться, что я слетела с катушек, потому что испортила чужое. Вот как она быстро переобулась. А недавно пела мне про родную душу Макса.

— Ты хоть понимаешь, сколько стоит его телефон? — продолжает шипеть.

— А во сколько ему обходились шл. хи? — интересуюсь. — Вы спросите. Там смета будет куда объёмнее.

— Ненормальная!

— И вам всего доброго, Маргарита Павловна, — заявляю на это, отключая гаджет.

Вот и всё. Поговорили. Наконец, по душам, без хождений по кругу с растягиванием улыбочек.

К вечеру звонит неизвестный абонент и я игнорирую, пока он не набирает в третий раз. Не реклама?

— Карина Михайловна? — интересуется приятный мужской голос.

— Это я.

— Меня зовут Григорий Семёнович, и я лечащий врач вашего мужа. Виделись как-то. Можете ли вы навестить вашего мужа?