Книга Вторая семья. Неверный, страница 61 – Ирина Манаева

Что-то мне подсказывает, что мне нагло врут, но вдруг он говорит правду? К тому же друг Рубцова.

Джинсы, белые кеды и джемпер. Волосы в хвост. Еду на нужный адрес, только кафе напротив, а Игнат ждёт меня в машине в тупиковой улице, и я в нерешительности останавливаюсь у мусорных баков, не зная, стоит ли мне садиться внутрь. Фары вспыхивают и тут же гаснут. Да вижу я тебя. Быстро пишу сообщение Лизе, где именно нахожусь. Воровато оглядываюсь, будто меня могли провожать какие-нибудь нелицеприятные личности, а потом всё же набираюсь смелости и открываю машину.

— Где он? — спрашиваю.

— Через двадцать минут подъедет, — отзывается тут же. — Садись, пока почитаешь договор, — протягивает мне бумаги, и я сажусь на переднее сиденье, зажигая свет.

Только сейчас замечаю, что Игнат успел набраться. Насколько неприлично, судить не могу, ибо не знаю его градации опьянения. Но это уже говорит о многом. Я не знакомая, которую следует дёргать в подобные моменты.

Шмыгает носом, трогая кончик, и бросаю взгляд на столик между нами, на котором едва заметна белая пыль. Хватаюсь за дверную ручку, но тут же двери блокируются, отрезая мне путь на улицу, а внутренности скручивают тугой бечёвкой от неприятных предчувствий.

— И? — обращаюсь к нему, держа руку на дверной ручке, чтобы снова попытаться открыть чёртову дверь. — Зачем позвал?

Можно не читать бумаги, и так ясно, что это всё враньё. Кроме одного: место, где мы стоим, действительно то, где я видела Горячева.

— Расслабься, Карин, — пожимает плечами, расстёгивая третью пуговицу рубашки, потому что первые две уже и без того расстёгнуты. Галстук, по всей видимости, валяется где-то сзади. Когда Рубцов рассказывал, что есть у него знакомые, кто сидит на дерьме, я даже подумать не могла, что речь как раз шла про Игната. Судя по всему, он один из тех, о ком упоминал Макс. Пробовал ли сам Рубцов что-то, доподлинно не известно. Но, судя по нему, не удивлюсь. Просто не сидел плотно, как многие. Наверное, брал по случаю.

Этот тоже с первого взгляда не походил на любителя незабываемых ощущений. Как же часто мы обманываемся в людях.

— Открой дверь! — требую.

— Ты только пришла.

— И должна иметь возможность уйти в любой момент!

— У меня есть новости, — расплывается в улыбке, игнорируя мои слова. — С домом можно всё решить.

— Насколько решить? На время или навсегда? Документы — фальшивка?

Он причмокивает губами, как-то кривится, и я понимаю, что у него начался приход. Или как там это называют.

— Мне пришлось кое-кому позвонить, перетереть вопрос, но я могу сделать так, что тебя больше не тронут.

Он смотрит на мои губы, облизывая свои, и мне становится страшно.

— Разблокируй двери! — снова пытаюсь добыть себе доступ на улицу.

— Мы же не закончили!

— И сколько я кому буду должна? Например, того, кому ты звонил?

— Расчёты через меня, — он тянет в мою сторону руку, и я вспоминаю Логинова. Неужели, у меня на лбу написано, что я легкодоступная? Что стану спать с первым, кто мне предложит свои сомнительные услуги? Отстраняюсь так, чтобы он вместо моего лица, поймал воздух.

— Ты — друг моего мужа!

— Слишком высокопарно, — хохочет он. — Рубцов разорён. На кой чёрт мне теперь с ним дружить? Знаешь, Кристина, дружить следует с себе подобными. Успешными, имеющими связи или деньги. Увы, не каждый может удержать за дерево, на котором растут золотые яблоки.