Книга Вторая семья. Неверный, страница 69 – Ирина Манаева

— Что случилось? — Лиза испуганно смотрит на меня, когда я вхожу в ворота. — Где машина?

— Нормально. Просто выпила немного вина. Пришлось оставить.

— И кого же ты встретила? — подпирает косяк, смотря на меня отчего-то хитро.

— Одного знакомого.

— Мужчину? — не отстаёт, а я пытаюсь протиснуться мимо неё на кухню, потому что начинает сушить рот.

— Неужели это важно?

— Важно, чтобы он не был женат, — шумно выпускает воздух из лёгких сестра. — Я тоже однажды попала, так что никто не застрахован. Я же реально, Карина, была идиоткой. Дальше носа не видела. А теперь про него постоянно в газетах пишут. Наше время сумасшедшее. Хайп, одним словом. А я — дура.

— Ну вот, ещё одно подтверждение, что мы сёстры, — усмехаюсь, открывая минералку. Забываюсь и кручу крышку сразу, отчего меня тут же обдаёт жидкостью. — Я тоже слепая.

— Кстати, мне тут подработку подкинул твой знакомый.

— Какой? — немного удивлена.

— Рустам.

— Он снова приходил?

— Нет, позвонил и предложил небольшую халтуру. Деньги — баловство, конечно. Зато не буду болтаться куском шоколада в проруби. С чего-то следует начинать, да и голову проветрю.

Признаться, удивлена. Нет, сестра всегда была целеустремлённой. Она слишком рано повзрослела и взвалила на себя тяготы жизни. Тут вопрос больше к тому, как они вообще пересеклись.

— Почему нет, — пожимает плечами Лиза.

Наверное, я просто привыкла искать везде подвох. Я бы поняла, будь они раньше знакомы, а теперь всё выглядит странно.

Мы перекидываемся парой фраз, а потом расходимся по комнатам, и я пишу Рустаму.

«Там работа с бумагами», — будто оправдывается передо мной. — «Что-то не так?»

«Всё нормально».

Оставлю его в покое. Он и муху не обидит, это уже у меня повышенная тревожность.

Роман не писал. Мы друг другу никто, но после того, что он выкинул, можно было бы и послать строчку-другую. А мне поблагодарить его за такси. Только никто из нас ничего не делает.

Первый мужчина после Макса, кто позволил себе подобные вольности. Неужели, я каким-то образом могла намекнуть, что не против? Пытаюсь припомнить наш разговор, но не нахожу ничего, что могло бы его натолкнуть на мысли.

Я была в ступоре. Лёгкий шок, после которого разорвала поцелуй. Не ответила. Не потому что он неприятен. Нет, симпатичный мужчина, только и мыслей не было переходить на другую ступень.

Вспоминаю о тех, кто предлагал мне постель в обмен на помощь с домом. Заколдованное место. Уже двое, которые пытались решить вопрос интимом. Теперь Роман. Не предлагал, нет. Но его простота тоже озадачивает.

Только я не продаюсь.

Оглядываю комнату. Может, откусила кусок, который не в силах проглотить? Ну чего я так уцепилась за дом? С глаз долой из сердца вон. Начать всё заново, вычеркнув из жизни ненужных людей. Рвать жилы и тащиться к свету. А это пусть всё горит синим пламенем.

Засыпаю с мыслями о том, что завтра стану собирать вещи. Скоро выпишут Рубцова, и я уверена, что вернётся он именно сюда. А делить с ним одну крышу — чёрта с два! Он так упал в моих глазах, что существует лишь одно средство, которое способно его реабилитировать: приспособление, стирающее память, как в кино. Только его не изобрели, впрочем, как и машину времени.

Ненавижу за всё, что он сделал со мной и Киром. А теперь презираю, хотя еще неделю назад считала его достойным человеком. Волк в овечьей шкуре.