Книга Законная добыча, страница 45 – Саша Кей

— Выглядит так. Скоро я буду знать точно.

— Но почему это не выплыло раньше? Если ты за два дня сумел в этом разобраться, почему следствие не смогло? Почему Джафар не выяснил?

— Потому что всё было просчитано грамотно. И мы снова возвращаемся к твоему отцу. Он сам довёл себя до того, что родная дочь сомневалась в его невиновности. Чего ожидать от людей ему посторонних? Тем более тех, с кем у него был серьёзный конфликт.

— Но…

— Тебе, правда, лучше помолчать. Ты ещё расскажешь мне, что произошло с момента твоего побега и до того, как я тебя нашёл.

И тон у Сафарова такой, что на этот раз я не решаюсь продолжать.

Мы сидим в тишине так долго, что, когда снаружи раздражается шуршание и треск веток, я подпрыгиваю на месте и тут же скулю: потревоженная нога разом даёт о себе знать.

Кто-то шарится по поляне, но в узкое грязное окно предбанника ничего не разглядеть.

Амир плавно поднимается, расстёгивает кобуру и достаёт пистолет, оставаясь под прикрытием двери.

Негромкий стук и зов:

— Амир Шамшидинович? Вы здесь?

Сафаров распахивает дверь, не спеша выпускать из рук своё оружие.

— Амир Шамшидинович, я не смог подъехать вплотную, — щурится парень, который вёз нас из дома к причалу прошлой ночью. — Придётся до трассы пройти пешком.

Взгляды двоих мужчин приковываются ко мне. Я делаю попытку встать, но как только нужно наступить на больную ногу, я начинаю заваливаться.

— Понесёшь её, — приказывает Сафаров. — Ты кого-то по дороге видел?

— Нет, — мотает головой парень, подойдя ко мне и примериваясь, как меня перехватить. Очевидно, что нести меня кулём на плече проще и удобнее, чем как невесту на руках. — Тихо всё. Фельдшер должен быт уже в доме, может, он чего заметил.

— Шустрее давай, — командует Сафаров.

Парень всё-таки приходит к выводу, что узкая и невысокая дверь бани не оставляет простора для вежливости. Меня закидывают на плечо и выносят.

Слава богу, идти недалеко, и меня сгружают на заднее сидение квадроцикла, рядом со мной опускается Амир, и именно сейчас я чувствую запах крови, исходящий от Амира. Пятно на футболке достаточно большое, чтобы я сделала вывод о том, что шов разошёлся.

Сама техническая трасса достаточно обкатанная, но иногда нас всё же подбрасывает на ухабах, Сафарову всё тяжелее делать вид, что он киборг. Пару раз он даже матерится, ему явно хуже, чем мне.

Однако, когда мы въезжаем за ворота дома, и водитель проносит меня через крыльцо в первую же попавшуюся комнату на первом этаже, с фельдшером я остаюсь один на один.

Амир проходит мимо него, а на вопрос, что у вас с плечом, рубит:

— Ей займитесь.

Хотя по справедливости, что мной заниматься? Обезболивающее я себе могу и сама сделать, как и повязку. А больше ничего и не сделаешь. Я автоматически отвечаю на вопросы фельдшера, который даёт утешительный прогноз:

— Похоже, только растяжение. Вам нужно…

— Я знаю, что мне нужно, — довольно грубо прерываю я, хотя имею в виду не столько свои навыки медсестры, сколько желание оказаться как можно дальше отсюда.

Попробовать попросить помощи у него мне и в голову не приходит. Видно же, что человек нервничает и боится, на его месте я бы реагировала так же.

К тому же водитель всё ещё маячит на пороге явно для того, что транспортировать меня после перевязки. Я видела, как к нему подходила домработница и показывала пальцем наверх, наверное, имея в виду второй этаж.