Книга Законная добыча, страница 47 – Саша Кей

И мне всё равно: попытка ли это психики найти большого и сильного защитника, или примитивные желания заглушить стресс простым и понятным способом. В конце концов, для первого амплуа Сафаров не подходит, искать защитника во враге — глупость. А для второго… человек не животное, и нами давно руководят не инстинкты.

И чтобы разрушить это наваждение, я не нахожу ничего лучше, как завести разговор:

— Как вы нас нашли?

— Мы уже обнаружили твой побег, когда позвонила Светлана. Ты выбрала удачное время, но больше у тебя не выйдет, — Сафаров пенит шампунь на моих волосах и возится с этим даже дольше, чем с моей грудью, у него явно пунктик. Как это ни противно признавать, но делает он приятно. — Мы пробили номера машины, на которой тебя увезли, подняли связи, чтобы по дорожным камерам отследить, где вы, но это не такое быстрое дело. Веселее пошло, когда сработал жучок в квартире Павла Андреевича.

— Я не понимаю, зачем ему это, — упираюсь ладонями в запотевшую кафельную стену, пока душевой лейкой Амир смывает с меня шампунь и гель.

— Если сложить два и два, то получится четыре. Дорогой советник очень хотел меня подставить. Свалить на меня твоё убийство. Было бы ещё одно красивое дело с подставой.

Я соображаю со скрипом:

— То есть ты считаешь, что убийство Бекхана устроил Павел Андреевич? — я готова в это поверить, мерзкий тип с самого начала произвёл на меня впечатление двуличного подлеца, а уж после того, что произошло сегодня, и вовсе не остаётся сомнений, но что он способен отправить человека на смерть. Только я всё равно не могла понять, какие цели Павел Андреевич преследовал.

— Практически уверен в этом.

— Какой в этом смысл? Что там не поделили твой брат и Павел Андреевич в прошлом — это один вопрос, но избавляться от тебя? Ты же всё равно не собираешься оставаться в городе…

— Вот, чтобы прояснить этот момент, мы и побеседуем с ним завтра. Думаю, он как раз созреет поговорить по душам. Дима — хороший психолог, и методы у него травматичные, но рабочие.

— Ты всё это мне рассказываешь, потому что я уже никому… — сглатываю горький ком. — Тогда почему ты за мной приехал?

Я не знаю, что я хочу услышать от Сафарова. Наверное, что он понял, что мстить надо не моему отцу, и Амир готов отпустить меня, если я никому не расскажу про похищение и всё то, что я услышала за последние двое суток.

Это дало бы мне надежду, но Сафаров не спешит меня успокоить.

— Стоило оставить тебя там? — жёстко спрашивает он. — Это твоя благодарность?

И это в очередной раз руинит всё.

— Какая мне разница, кто меня убьёт? Артём хотя бы хотел гуманно меня задушить, — развернувшись к Амиру лицом, я несу откровенный бред. — Он не лез ко мне грязными лапами!

— Твоя очередь, — он впихивает мне в руки полотенце.

— Что? — не понимаю, о чём он.

Сафаров зажимает моей рукой полотенце и показывает, чего от меня ждёт.

— Раз мои руки для тебя грязные, то приведи их в порядок. И не только их.

Не нужно быть профессором психологии, чтобы понять, что я сама только что спровоцировала Сафарова. Осторожность в очередной раз мне отказала. Бояться — я его, конечно, боюсь, но, видимо, недостаточно, раз позволяю себе подобные высказывания.

И Амир решил это исправить, поставить меня на место.