Книга Фиалковый роман, страница 76 – Манна Небесная

Сын слушал внимательно, впитывая каждое слово.

— Значит... ты тоже через это прошла? И ничего? Жива-здорова?

Алевтина рассмеялась:

— Как видишь! Главное — верить в себя и не бояться просить помощи. У тебя есть мой номер телефона 24/7. И если что... я всегда могу примчаться на своей ласточке.

Последние дни августа были похожи на обратный отсчёт перед запуском ракеты. Чемоданы стояли у порога — огромные, неподъёмные баулы вещей современного студента: одежда на все сезоны (Москва непредсказуема), книги (немногочисленные), любимые кружка и плед из дома для уюта.

Утро отъезда выдалось ясным и прохладным. Соседи по Опалихе вышли проводить «столичного студента». Кто-то принёс пирог«на дорожку», кто-то просто махал рукой с крыльца.

Они загрузили вещи в багажник машины Алевтины, ее ласточки, без которой она уже много лет как без рук. В салоне повисла тишина. Дорога до Москвы заняла больше времени из-за утренних пробок. Алевтина смотрела на проносящиеся мимо поля и перелески, пытаясь запомнить этот момент навсегда: запах кожаного салона, тихая музыка из радио и профиль сына рядом.

Когда они въехали в город, он оживился:

— Смотри! А вот там будет наше метро!Скоро открытие, но пока буду заниматься спортивной ходьбой.

Она кивала, улыбалась через силу.

В квартире Алевтина ходила за сыном тенью, проверяя краны, включая свет, десятки раз перекладывая продукты в холодильнике.

Когда вещи были занесены (Сергей ворчал про тяжесть книг по физике), настало время прощаться - они спустились к подъезду.

Сын обнял её крепко-крепко:

— Мам... Спасибо тебе за всё. За квартиру эту... За то, что верила в меня всегда.

У Алевтины перехватило дыхание:

— Это тебе спасибо... За то, что вырос таким хорошим человеком.

Они постояли так ещё минуту.

— Ну всё! Звони сразу, как приедешь! — голос сына дрогнул от попытки копировать материнские инструкции. Алевтина улыбнулась, села в свою ласточку, махнула рукой из окна:

— Пока!

Вокруг спешили люди, гудели машины, пахло бензином и осенью. А ей казалось, что сердце её осталось там, в уютной однушке вместе с сыном.

Домой возвращалась уже не та женщина, что уезжала отсюда утром. Пустота в сердце была огромной, но странным образом она не приносила боли — лишь светлую грусть расставания с детством своего ребёнка.

Дома было непривычно тихо без его шагов по лестнице и смеха из комнаты. Она прошла в теплицы — работа всегда спасала от тяжёлых мыслей. Руки сами потянулись к лейке с водой для фиалок.

Завтра начнётся новый день без него под боком. Завтра она снова будет вести бухгалтерию клиентов онлайн и продавать цветы оптом для столичных букетов. Но теперь её главной задачей станет ждать звонков из Москвы:«Мамуль?»

Она посмотрела на фотографию сына на полке среди фиалок — ту самую школьную выпускную фотографию в строгом костюме с аттестатом в руках. Семнадцать лет пролетели как один миг.

Колесо Сансары сделало полный оборот.

Сергей впервые почувствовал себя по-настоящему взрослым не тогда, когда самостоятельно определился с выбором факультета для обучения, а когда остался наедине с самим собой в заботливо подготовленной Алевтиной квартирой. Сергей знал: мать хотела, чтобы он чувствовал себя здесь комфортно, чтобы учёба не превратилась в бесконечную борьбу за выживание.