Книга Бессонница, страница 137 – Мария Коваленко

Словно все еще под действием газа, мозг соображал медленно, не желая понимать смысл фраз, только от готовых политься слез переносицу уже ломило.

— Руслан, для чего ты мне это рассказываешь?

Серебряков заботливо поправил одеяло и без пояснения продолжил.

— А еще рядом есть парк. Как раз в нем мы с Русом уже побывали. Судя по количеству помеченных деревьев, парню место понравилось, так что осталось только получить одобрение его хозяйки.

— Одобрение гулять в парке? – по моей щеке скатилась первая слеза.

— И это в том числе.

— А на что-то еще оно нужно?

— В основном на ремонт в квартире. На отделочные работы понадобится минимум три месяца. Там еще конь не валялся. Потом неизвестно сколько на выбор мебели, споры и новый выбор мебели.

— Споры?

— Споры. Без них у нас все равно не получится! Проверено, - Руслан хмыкнул. – Да и не интересно уже без споров. Пресно, что ли.

Я зажмурилась.

— И все только, чтобы выгуливать Руса?

— Не только. Ему еще и жить где-то нужно. – Опершись на локоть, мой мучитель заглянул в глаза. – И ему, и мне, и тебе. Недавно я просил время, чтобы подумать. Если ты сейчас решишь наказать меня и попросишь того же – это будет справедливая просьба, - правый уголок губ Руслана приподнялся. -  Только учти - я не такой честный и ни минуты времени тебе не дам.

— Руслан, не надо...

Мне стало так радостно и оттого так страшно, что хотелось остановить это признание прямо сейчас.

— Потерпи еще чуть-чуть, - Руслан приложил палец к моим губам. - Не знаю, как бы сложилась наша судьба, если бы в Сочи я узнал тебя. Мы этого никогда не узнаем. Но хочу узнать сейчас. Какая ты на самом деле. Когда злишься, когда радуешься, когда задумала что-то. Только по-настоящему, без страха. Хочу узнавать каждый день, и... – он наклонился и поцеловал меня в висок, - ... очень надеюсь, что ты не разочаруешься, когда узнаешь и меня.

— Зачем... - Слезы хлынули потоком. Предательские, соленые, глупые слезы глупой женщины.

Чтобы хоть как-то скрыться, я попыталась спрятать лицо в подушку, отвернуться от серых внимательных глаз, но Руслан не лгал, когда сказал, что не даст больше сбежать. Перегнувшись, он требовательно обхватил рукой мой подбородок и заставил смотреть на себя.

— Потому что люблю, - ответил так просто, словно "здравствуй" или "пока". Словно это было настолько естественно, что не нужно было дополнительно спрашивать у себя и убеждаться, что все правда.

"Потому что люблю", - мысленно повторила я, молясь, только бы сейчас не разреветься еще сильнее.

— Очень, - мужские губы накрыли мой рот, сминая последние сомнения. – Люблю, - со вдохом язык ворвался внутрь, и я забыла, кто я, почему здесь оказалась и чего хотела.

Соль против сладости. Нежность против страха. Так настойчиво, что невозможно было сопротивляться. Сотни наших страстных, нежных, отчаянных поцелуев до не смогли бы сравниться с одним этим. Захлебываясь от слез, задыхаясь от радости, я целовала и позволяла себя целовать. Не думая, как выгляжу. Не скрывая, что соскучилась. Отвечая сердцем "да" сразу на все вопросы.

Зареванная королева. Гордость радиостанции. Любимая дочь чужих и своих родителей...

Самая счастливая женщина на земле. Про меня ли?

Слезы все катились и катились.

По щекам.

По губам.

По любимым мужским рукам со сбитыми костяшками и белой полоской на безымянном пальце.