Книга У врага за пазухой, страница 13 – Мария Коваленко

— Ты мне это… не угрожай. Дуй лучше! — Начальство лично распахивает передо мной дверь. — Жду завтра при параде. Мужу привет!

Совершенно стандартное прощание. Никакой оригинальности или намеков. Однако от последнего напутствия мое и без того плохое настроение становится откровенно дерьмовым.

— Обязательно. — Ничего не объясняя, иду к двери.

Душеспасительные рабочие беседы — это последнее, что мне нужно.

* * *

Как выясняется через полчаса, с пожеланием Вася частично попал. Домой я приезжаю без приключений, по дороге успев заскочить в магазин за готовой едой. Но уже на месте, у порога квартиры, поджидает сюрприз.

— Тетя Кира, я не знаю, как так получилось! — Племянница вскакивает со своего рюкзака и в слезах бросается навстречу.

— Ася, ты что здесь делаешь?!

— Я… Я к вам. Жить.

— Ты сейчас шутишь?

— Я не виновата. Клянусь! Ваш муж меня чем-то напоил, а потом воспользовался!

В театральном ремесле Ася так же плоха, как и сегодняшний Робин Гуд. Разница в том, что он врал о своих мотивах, а эта готова очернить Пашу, лишь бы вернуться ко мне домой.

— И ты думаешь, что я впущу?

— Я так виновата перед вами. — Два ручья слез превращаются в настоящие водопады. — Нужно было сильнее сопротивляться, ударить его чем-нибудь.

Не хочу вспоминать сцену, увиденную в спальне. Нет никакого желания вновь переживать те эмоции, но девчонка не оставляет никакого выбора.

— Я помню твое «да» и «еще». Куда уж сильнее?

Два дня ничего не чувствовала, была как в аффекте. А теперь начинает накатывать.

— Нет, что вы! Я не могла такое кричать! — Схватившись за мою руку, племянница бухается на колени. — Только если от страха. Павел все же намного сильнее, — всхлипывает она. — И старше.

— А у меня на лбу надпись: «Дура». — Трогаю уши.

Четвертая партия макаронных изделий все же лишняя.

— Нет, вы очень умная. А еще добрая. И единственная моя родственница в этом городе.

От несчастного взгляда из-под неестественных, наращенных ресниц начинает подташнивать.

— Прости. У меня для тебя плохие новости. — Вырываю свою ладонь из захвата. — Ночлежка «У доброй тети» больше не работает. В следующий раз расставляй приоритеты правильно. Или член, или жилплощадь.

— Тетя Кира… — Ася, похоже, не понимает, что ее просто так могут оставить ни с чем.

— Москва слезам не верит. А Питер их даже не замечает.

Открыв замок, я вхожу в квартиру. Сразу же захлопываю дверь. И чувствую, как топит… заливает изнутри тем самым, во что не верит одна столица и чего не замечает другая.

Пожалеть себя нормально не получается.

Под стук и крики племянницы я целый час вою на коврике в коридоре. После, пытаясь успокоиться, давлюсь на кухне ромашковым чаем и, словно в наказание, всю ночь ворочаюсь в кровати без сна.

Морфей, как истинный мужчина, приходит только под утро. Отключив будильник, я проваливаюсь в сон, а просыпаюсь от стука в дверь.

— Кира! Самсонова! Я знаю, что ты дома. Открывай! — доносится голос подруги.

— Ира… Блин! — сиплю в подушку.

Голова как колокол. Не поднимаюсь, а воскресаю.

— У тебя что, ролевая игра «Спящая красавица»? — Ира с порога окидывает меня придирчивым взглядом и хмыкает.

— Что-то вроде того. — Собираю спутанные волосы в хвост.

— А до этого в Винни-Пуха играла? — цокает языком подруга. — Все лицо распухло. Тебя будто пчелы покусали.