Книга У врага за пазухой, страница 47 – Мария Коваленко

Альтернатива как в анекдоте про затопленный огород и уток. Выбор вроде как есть, но в реальности им и не пахнет.

Чтобы сбежать, приходится засунуть совесть поглубже и взять телефон Вольского. Дальше — еще сложнее. Я крадусь назад в спальню. Молясь всем святым, прикладываю указательный палец Ярослава к экрану и жду.

Если этот умник настроил разблокировку по взгляду, то мне хана. Попытка разбудить наверняка закончится тем же самым, чем закончилась попытка согреться. Ходить после этого будет сложно, а уж о побеге вообще лучше забыть.

К счастью, отпечаток срабатывает. Экран вспыхивает входящими сообщениями и уведомлениями о пропущенных вызовах. У нормальных людей такое «изобилие» бывает только после Нового года, а Вольский, похоже, в таком живет.

На миг становится жалко этого трудоголика, но быстро воспоминаю о своем печальном положении. Судорожно ищу среди сотни приложений такси, а найдя — чуть не плачу от радости.

Дорога домой проходит без приключений. Оплаченная Ярославом машина забирает меня у подъезда и везет на временную квартиру.

Никаких долгих прощаний, поцелуев или горячих объятий.

Безумно хочется, чтобы и дальше все шло так же — как по маслу. Без рефлексии с вопросами: «Что это было?», «Кто виноват?» и «Как теперь себя вести?». Однако стоит влить в желудок порцию кофе и переодеться, как судьба нагоняет звонком от подруги.

В первое мгновение не верю ушам и глазам. Мой мертвый телефон просто не мог так внезапно ожить. Это даже не измена, а полноценное скотство. Потом осторожно беру предателя в руки и нажимаю «Принять вызов».

— И где ты пропадала целые сутки?! — вместо приветствия кричит Ира. — Я уже все больницы обзвонила. Собиралась браться за морги!

— Были кое-какие неприятности. Сейчас все в порядке.

— Про неприятности мамаше своей будешь рассказывать. Это ей до фени. А мне, пожалуйста, в подробностях! Время, место и на кого наслать порчу!

— Порчу не нужно… Пусть живет.

Не собиралась я вспоминать Вольского. С глаз долой, из сердца вон! Но после слов о порче память сама нахально подкинула картинку с обнаженным мужским телом поверх одеяла.

— Живет?.. Ты крокодила, что ли, загарпунила?

Похоже, этим «пусть живет» я себя выдала.

— Так случилось. — Чувствую, как уши снова начинают дымиться.

— Это у мужа твоего «так случилось», когда ты его с племяшкой застукала, — фыркает Ира. — Колись давай, как это было.

— Было… — В горле ком. — Как обычно. Это не первый секс в моей жизни.

— Кир, без макаронных изделий! Я, конечно, не видела твоего крокодила, но голос по телефону слышала. Там такой тембр, что трусики сами спадают.

— Хорошо. Было неплохо.

— Штирлиц, блин. Сколько раз было неплохо?

— Ир, мне на работу нужно. Опаздываю.

— Работа не волк! А после хорошего секса она вообще противопоказана.

— У меня аврал.

— У меня тут тоже, знаешь ли, все серьезно! Качественную характеристику ты мне зажала. Давай хоть цифру!

— Я не считала, — все еще пытаюсь уйти от ответа.

— Сколько?!

— Ира…

— Смелее, родная. Это не больно.

— Да чтоб тебя!

Уже жалею, что не добила свой телефон. Делают же снайперы контрольный выстрел. Вот и мне стоило хотя бы камнем его приложить. Или каблуком.

— Два? Три?

— Пять.

— Ох! Ничего себе «неплохо»! Колени хоть сходятся? Передвигаться можешь?