Книга У врага за пазухой, страница 96 – Мария Коваленко

— Не сбежишь, — подмигивает Яр. — Я даже знаю, как это устроить.

— Наручники? — Сердце пропускает удар.

— Есть кое-что понадежнее. — Глянув на босые ноги, Ярослав подхватывает меня на руки. — Только тебе нужно будет сказать одно слово.

«Какое?» — спрашиваю взглядом.

— Оно короткое. — Еще коварнее улыбается этот нереальный мужчина. — Да.

Три месяца спустя

Ярослав

— Яр, мне кажется, это безумие. — Кира, словно веером, обмахивается букетом белых роз.

— Ну да, с гостями косяк.

Смотрю на племянника. Клим явился в ЗАГС с беременной женой и маленькой дочкой. Перевожу взгляд на Федора, затем на Ломоносова и на еще одного чувака. Тот, как привязанный, стоит по левую сторону от Киры, нервно переминается на одном месте и испуганно смотрит на часы.

— Не трясись так. Пара минут, и будешь свободен, — успокаиваю это недоразумение.

— Да… Я… Нормально.

Чувак даже не пытается возмутиться или поспорить. Утирая со лба реки пота, затравленно озирается вокруг и снова пялится на часы. Никаких претензий, истерик и прочих бабуинских воплей.

От этого гордость за себя берет! Профилактическая работа, которую я провел накануне, однозначно пошла кое-кому на пользу.

— Когда я сказала, что хочу скромную свадьбу, то имела в виду совсем другое, — шепчет Кира.

— Племянника и твоего босса я не приглашал. Если хочешь, могу попросить Федора, чтобы выставил всю эту делегацию за дверь.

— Боже, Ярослав! Я не о том! — Кира вспыхивает. — Я не имею ничего против твоих близких и моего босса.

— Так ты о Федоре? Не проблема. Я его сейчас лично из окна катапультирую. Пусть машине бока натирает.

— Вообще-то я о другом. — Акула красноречиво косится в сторону стоящего рядом с ней потного мужика.

— А это, милая, не гость. Это у нас самовар! — Развожу руками. — Между прочим, твой.

— Ты еще скажи «ошибка молодости», — закатывает глаза Кира.

— Гребаный фальстарт. Второй по счету, — уточняю. — Но сейчас мы это исправим.

Устав ждать, я отправляю Федора на поиски нашего регистратора, и пока незваные гости не стухли со скуки, прошу у местной секретарши разлить по бокалам сок и шампанское.

— И все равно, это как-то… неправильно. — Акула берет бокал в руки и, подумав, ставит его на место. — Ощущаю себя турецким султаном. У меня в ЗАГСе сразу два мужа, текущий и будущий.

— Ну, прости, я не был готов тянуть это… — кошусь на трясущийся «самовар», — с собой на море.

— Можно было избавиться от него пораньше. — Кира забирает стакан с апельсиновым соком и, опустошив его до дна, жмурится от удовольствия.

— Я тебе уже отвечал на этот вопрос. — Стираю оранжевые усы с лица своей акулы.

— Я бы не назвала это ответом. — Щеки самого бесстрашного и отчаянного журналиста Питера заливает густой румянец.

— Ничего не знаю. «Да» ты кричала четко и громко.

Заметив заинтересованный взгляд племянника, мысленно показываю ему фигуру из одного пальца и, как в болото, проваливаюсь в воспоминания.

* * *

После ареста младшего Бурового и его мамаши у меня не осталось никаких сил на работу или на старшего Бурового. Скинув все заботы на службу безопасности и Клима, я повез свою бедовую акулу домой и затрахал до такого состояния, что утром пришлось ее будить, вливать кофе и помогать одеваться.

Новый день не принес никаких сюрпризов. Хоть в чем-то мой план по нейтрализации Китайца прошел без единой осечки.