Книга Дикий, дикий Запад, страница 142 – Екатерина Насута

— Проклятая кровь, – сказала та, что стояла ближе всех. Белокожая, темноволосая. Ее тело покрывали узоры драгоценных камней, и не было иного одеяния.

— Проклятая кровь… – выдохнули они все вместе и потянули ко мне руки.

Тут-то я и проснулась.

На свое счастье.

Ну их… Этих прекрасных до ужаса.

Я села в кровати, судорожно оглядываясь по сторонам. Сердце все так же бешено колотилось о ребра. Во рту стоял отчего-то привкус гари. И… да, с конфетами стоит быть осторожней.

— Милли? – Графчик обнаружился рядом. Он дремал, прислонившись спиной к кровати. А некромант – тот в кресле сидел и не спал. Смотрел.

На меня.

И на Чарльза. Задумчивым-презадумчивым взглядом. Затем спросил:

— Вы видели сон?

— Видела. – Я прикусила язык, чтобы не сказать, чего именно я думаю по поводу подобных снов.

— Если… это не слишком личное… вы бы не могли поведать содержание?

— Чего? – поинтересовался Чарли до боли знакомым тоном. Прям почудилось, что братец мой объявился.

А ведь надо отправить кого-то поинтересоваться, куда он, сила нечистая, подевался.

Бросил меня тут.

Одну-одинешеньку…

— Дело в том, что этот сон, полагаю, является не совсем сном в его классическом толковании, – пояснил некромант, сцепивши пальцы под подбородком. – Я ощутил серьезный всплеск мертвой энергии, а это напрямую указывает, что вы, мисс Милисента, прочно связаны с тем миром.

Чарли выругался.

Вот ведь. Говорю же, осваивается человек. Вот уже и говорит чего думает, про всякое стеснение позабывши.

— И мне хотелось бы понять, сколь глубока эта связь. И может ли она представлять для вас опасность.

Ну…

Сон не сказать чтобы вдохновляющий, но и особо страшного в нем нет, кроме что разве тех, которые… Стоило вспомнить кхемет, и меня передернуло.

Получасом позже мы сидели за столом. И оказалось, что за время моего сна чайник не остыл, а конфет в коробке только прибавилось, хотя теперь я глядела на них с некоторым подозрением. То есть умом я понимала, что дело не в конфетах, а, скорее всего, во мне или той дряни, которую мы унесли. Но осадочек остался.

— Танец с быками, значит… – Орвуд, выслушав сбивчивый мой рассказ превнимательно, задумался. – Знаете, существует теория, что наша цивилизация в этом мире далеко не первая. И не последняя. Что цивилизации, как и люди, имеют обыкновение стареть. И умирать, сменяясь иными… О каких-то мы слышали, от них остались материальное наследие. Память о других сохраняется в сказках и преданиях.

— Тогда это очень страшная сказка, – пробормотала я.

Почему-то знобило. Не сильно. Я вообще росла на редкость здоровым ребенком, а потому заболевала быстро, выздоравливала и то быстрее.

Сейчас же лихорадило.

— Бывают и такие, – не стал спорить некромант. – То, что вы описали… Относительно недавно во время раскопок на Крите удалось отыскать развалины дворца. Предположительно им несколько тысяч лет. Так вот, я читал описания и беседовал со знающими людьми, в частности о фреске, на которой изображены акробаты и бык. Один мой знакомый, который весьма интересуется археологией, утверждает, что бык для эгейской культуры – яркий символ. И встречается весьма часто. С другой стороны, если вспомнить великий Рим и его культуру, в частности кровавые гладиаторские бои или игры со зверями…

Озноб прошел.