Книга Восток. Запад. Цивилизация, страница 98 – Екатерина Насута

Он бы попятился. Да только некуда. Двери за спиной сами заперли. Цепью еще перегородили, ага. Демонстративно. И хорошо. А то недосуг тут мне за ними бегать.

— Очень древняя. – Я протянула руку. И этот идиот попытался посох отодвинуть. Но потом передумал. Может, сам такой благоразумный, а может, дуло револьвера, в лоб упершегося, понимания ситуации добавило.

— Вы не посмеете!

— Уверен? – Я чуть склонила голову. И посох упал в мою руку. Так и есть. Не дерево – кость. Черная. Вычерненная? Огнем? Не уверена. Зато я поняла, чья это кость.

Тот дракон…

Все мы смертны. Драконы в том числе.

— Ты ничего мне не сделаешь! – прошипел человек в маске. – Я маг!

— А то. – Я вернула посох, правда сперва сунула свой шарик именно туда, где он должен быть. И ниточку протянула. Как раз легла между драгоценными камнями, которые один за другим вспыхнули. Ниточка сама собой и закрепилась.

Ну и шарик, стало быть, между рогами повис.

А что, вышло даже ничего так.

— Держи. – Я сунула посох этому, прямо силком в руки вложила. – Только покрепче, а то уронишь, и громыхнет ненароком.

— Что… – Кажется, он не сразу понял.

Голову поднял. Уставился на шарик. А тот плавает, пляшет между золотых рогов, искорками время от времени постреливая.

Красота.

— Зато сразу видно, что маг, а не хрен собачий, – доверительно произнесла я. И подвинула этого, оторопевшего, вцепившегося в посох обеими руками. – Ключ у кого?

— Вы… вы…

— Я еще шарик сделать могу, – сказала я второму. – И не один. У меня вообще проблемы с контролем. Большие. Поэтому если вдруг что, то я не виноватая.

Ключ, как ни странно, нашелся.

Глава 26,

в которой читают лекцию, а еще объясняют возможности невозможного

В аудитории было пусто.

И Эва снова смогла дышать. Вот просто дышать. Кто бы знал, до чего это сложно – просто дышать. Но в безлюдной аудитории у нее получилось.

Не расплакаться.

Не упасть в обморок. Руки вот дрожали. А Тори окутывала тьма, плотным таким коконом.

— Что ж. – Леди Элизабет осмотрелась. – Теперь мне определенно будет о чем рассказать брату.

— А мне мужу. – Стянув перчатки, леди Орвуд бросила их на стол.

Аудитория оказалась большой и полукруглой. От двери начиналась лесенка, которая и спускалась мимо столов и лавок к небольшому пятачку, где уместились кафедра, доска и стол.

Имелась тут пара шкафов. И еще одна дверь, правда белая, почти неотличимая от стены.

— Милли, этот твой… не получится ли так, что он вдруг взорвется? – осведомилась леди Элизабет, осторожно опускаясь на лавку.

— Не должен. Если ронять не станут.

Милисента расстроенной не выглядела. И осматривалась весьма бодро. Она и вниз спустилась, прошла вдоль доски, потрогав ее пальцем. А потом уточнила:

— Дальше нам что делать?

— Не знаю. – Леди Элизабет потерла виски. – Но выходить пока не хочется.

Не ей одной.

Эва только представила обратный путь, как стало тошно. Она не справится. Она просто-напросто не справится. Она ведь слабая и всегда такой была. Неуверенная. Рассеянная.

А они там…

Эва опустилась на лавку.

— Я тут думаю… – Милисента залезла на стол и помотала ногами. – В общем, это долго готовили. Не день и не два. А приехали мы только вчера. И да, совсем втайне такое представление не организуешь.

— Верно, – согласилась Элизабет.

— А… где преподаватели? – Собственный голос показался Эве на диво жалобным. Она даже ущипнула себя и разозлилась. Подумаешь, люди.