Книга Юся и Эльф, страница 55 – Екатерина Насута

А заодно на ковровой дорожке, постеленной, надо полагать, чтобы гости дорогие с пути не сбились, появилась гномка весьма солидных статей. Ну как солидных… в общем, что вверх, что вширь стати были примерно одинаковы. Платье из алого же – полагаю, родовые цвета – шелка лишь подчеркивало монументальность фигуры. На внушительной груди в три ряда возлежала золотая цепь, щедро усыпанная драгоценными камнями. В прическе поблескивали алмазы, с ушей свисали массивные серьги.

Золотые браслеты. Золотые кольца и перстни. Золотой пояс. И золотые цепочки, к поясу прикрепленные. Не удивлюсь, если и туфли ее из золота отлиты.

— Здравствуй, дорогая, – неискренне произнесла гномка, разглядывая Грету и при этом щурясь на оба глаза. – Я несказанно счастлива, что ты приняла мое приглашение.

Ага, а уж мы как счастливы.

И главное, толпа резко смолкла. Теперь все, за исключением придремавшего на троне патриарха – бедолага закутался в подбитую мехом мантию, – смотрели на нас, и только на нас.

— Это твоя семья? – поинтересовалась господа Игнера.

— Да, – Грета смутилась. – Это мой… папа… Бжизек…

— Горский, – ответил папенька. – Старший мастер.

Игнера скривилась, то ли ей имя не понравилось, то ли звание, хотя старшего мастера за красивые глаза не дают, особенно полукровке.

— Моя супруга, – он взял под руку Франечку, которая неуклюже присела, изображая столичный книксен. – И моя старшая дочь с женихом…

— Эльфом? – уточнила Игнера, будто до того понятно не было.

— Любовь зла, – меланхолично ответила я.

И, как ни странно, ответ этот нашел полное понимание у госпожи Игнеры. Прочие гномы слушали, смотрели… и запоминали все.

Сплетничать небось будут. Пускай себе.

— А это? – госпожа Игнера указала на маншула, который стоял тихонько, только хвост слегка подрагивал.

— А это наш котик… – Грета выдержала взгляд потенциальной свекрови. – Моя сестра его сама сделала.

— Сделала? – а вот и новое старое лицо, тот самый советник в алом балахоне.

Колпак его слегка сполз, отчего вид у советника сделался не столько грозный, сколько несколько дурковатый. Сказать, что ли? Или обидится?

— Юся – некромант, – Грета посмотрела на меня умоляюще. И я кивнула. Как есть некромант. Даже диплом имеется… где-то.

— Некромант – это хорошо… – советник поскреб лоб, намечающуюся лысинку и произнес этак доверительно: – У нас в пятой шахте чегой-то шебуршится…

И в этот момент я явственно осознала, что следовало остаться дома.

Нет, нас препроводили не в пятую шахту, ибо шебуршание шебуршанием, а порядок приема гостей, пусть и не самых желанных, был установлен. Нас ждали комнаты – крохотные каморки, в которых и коту-то тесно будет, не говоря уже о людях, но, может, на Северном кряже всех гостей так встречали? Главное, здесь было тепло, сухо и ничего – я проверила – не шубуршалось.

Остальное же…

— Может, все-таки домой? – поинтересовалась я, глядя, как Грета пытается запихнуть чемоданы под низенькую кровать. Впрочем, назвать кроватью настил из досок, на который бросили тонкий соломенный матрасик и прикрыли это сооружение простыночкой, к счастью чистой, язык не поворачивался. Чемоданы не лезли. Грета злилась. И расстраивалась.

— Не выпустят, – Эль отобрал чемодан и поставил его в угол. А на него – второй и третий. Это он ловко придумал, получился этакий комод… почти.