Книга Смерть под куранты, страница 100 – Валерий Шарапов

— Хорошо, хорошо, – закивала Мила. – А запах ты как имитировал?

— Обычным пульверизатором брызгал, каким в парикмахерских пользуются. Правда, он быстро выветривается, необходимо повторять, добавлять. Вам, честно говоря, не до меня было, а я времени зря не терял. Я следил за вами пристально, от меня ничто не ускользнуло.

Стас хотел возразить, но потом вспомнил об арбалетной стреле в горле Антона и промолчал. Именно благодаря Максу он не пошел через центральный вход. Не будь журналиста – ткнулся бы туда и… А тот об арбалете узнал благодаря тому, что мастерски сымитировал пьяного. Хочешь не хочешь, а жизнью сыщик обязан мастерству притворства журналиста.

Еще сыщику не давала покоя недавно услышанная из уст фотографа новость о том, что Валентина запросто «слила» информацию о любовниках Лены Жанне. Это так не походило на супругу Стаса! Для нее секреты пациентов были святы. Но и врать Игнатенко вроде никакого резона не было. А другого пути для распространения этой сплетни не придумаешь.

Услышанное коробило, хотелось вырвать клевещущий язык у фотографа, но… Что-то подсказывало, что информацию эту Лёвик взял отнюдь не с потолка. Тогда откуда?

Господи, Валюха, неужто это правда?! Ни подтвердить, ни опровергнуть. Что хочешь, то и думай!

Когда Стас сел за стол и с горя налил себе чаю, журналист неожиданно взглянул ему прямо в глаза и поинтересовался:

— Скажи, только честно… Кассеты все равно нет… Еще что этот хвощ тебе трепал про Ленку. За что всё-таки они с Жанной убили ее? В чем она провинилась?

Стас оказался не готов к вопросу. С одной стороны, было ясно: передай он сейчас дословно весь треп фотографа – и бедняге не жить. Макс ему голову мог запросто оторвать. С другой – а чего его жалеть-то, Игнатенко этого? Он хладнокровно ударил ножом Валентину в грудь, так сказать, по-афгански. Считай, его, Стаса, на всю оставшуюся жизнь сделал несчастным. Взвел арбалет на него самого. Лишь по чистой случайности Корнейчук остался жив. Нет, жалости не было ни капли.

И самое главное – всё внутри Стаса сопротивлялось услышанному. Не хотелось верить, что хрупкая учительница, первая красавица класса позволяла себе такое: крутить любовь одновременно с Лёвиком и Антоном, оставаясь при этом законной супругой Макса. Такое не укладывалось в голове! Да и Валентина не могла так просто слить Жанне информацию, которая оказалась роковой правдой.

Несмотря ни на что, сыщик понимал, что самосуд допускать нельзя. Это попахивало чем-то первобытным. На дворе – последняя четверть двадцатого века, а у них – труп на трупе! Четыре покойника за ночь! Фильм ужасов!

— Только выслушай спокойно, – стараясь не отводить глаз, произнес сыщик после небольшой паузы. – Нам сейчас очень важно сдать его ментам живым… Чтобы он получил по заслугам. Разве нет?

— Ты что-то скрываешь. – Журналист покосился на Милу, которая по-прежнему сидела в кресле под пальмой, и продолжил вполголоса: – При чем здесь менты? У них жен не убивали, для них убийства обычная рутина. Тогда и меня надо им сдать, ведь я Жанку задушил. И ничуть не жалею. А он твою Валюху ножом… И ты его жалеешь? Быстро говори, или я его замочу без разговоров. То, что он сволочь, я принимаю без доказательств.

Горящий взгляд Макса не оставлял никаких сомнений в том, что он непременно выполнит обещанное. Сделав пару глотков обжигающего напитка, Стас передал в точности, о чем они на зимней дороге говорили с фотографом.