Книга Роскошная изнанка, страница 26 – Валерий Шарапов

— Ну там, ветер, течение – это я зараз примечаю. А тут даже не подумал: тетя замужем, а следов мужа нет. А между прочим, Олег, чего просто мужа не спросить, он-то должен знать, где жена? Или нет…

— Или нет.

— Хотя да. Так, но если он не живет с женой, по месту прописки, то где он живет?

Заверин, утомленный его многословием, широко зевнул:

— Там и живет. По месту прописки.

— Как он умудряется жить без вещей?

— Как именно он с ней живет – я не ведаю. А то, что прописан – это точно знаю. К слову, квартира его, еще родительская, и он там раньше жил с семейством.

— Стоп, стоп, сейчас вообще ничего не понял, – признался Андрюха, – у него еще какое-то семейство?

— Ну а как же, взрослый мужик. Все как у всех, жена, детей двое…

— Куда же они делись-то все? Или хочешь сказать, что он женился на проститутке, выгнал жену, детей, сделал новой зазнобе ремонт, купил диван – и подался вон из собственной квартиры? Все ей оставил?

— Ничего он ей не оставлял, – успокоил Олег. – Нечего ему оставлять. Демидов, он мастер смены, что ли, на кирпичном заводе. А это…

Он снова потянулся к бумажке с карандашом, Андрюха быстро убрал канцелярию с глаз долой. Поискав ее и не найдя, Заверин посчитал в мутном уме и выдал результат:

— Ну где-то сто семьдесят, может. Со всеми ночными-вечерними, за руководство… сотни две. С половиной.

— Ну а что, жить можно, если с экономией. Зато прописку она получила.

— Прописку да, – согласился Заверин и попытался заснуть сидя.

Андрюха тоже ничего не имел против того, чтобы прикорнуть. Но не давал покоя чисто прикладной момент, который хотелось бы выяснить из опыта старшего товарища. И это надо сделать именно сейчас, ведь завтра лейтенант, – к гадалке не ходи, – по-трезвому ни слова не скажет. Он потряс Олега за плечо, тот проснулся:

— А?

— Слушай, а как ты установил, что она не только библиотекарша? Неужто при поквартирном обходе?

— При нем, само собой, – ужас как уверенно заявил Заверин. Обращался, правда, к полу, то ли соблюдая режим секретности, то ли потому, что голова уже прямо не держалась. – В аккурат меня только-только на землю спустили…

«Эва как», – удивился Андрей.

— …Заявляется в кабинет хмырь в штатском, вежливая сволочь, и начинает задушевно. Крайне интересует, дескать, личность Демидовой Маргариты Кузьминичны. Какие, дескать, наблюдения, соображения, как характеризуется по месту жительства.

— В какой связи такие вопросы?

— Мне-то почем знать? Может, в гостиницах ВДНХ чего увели, то ли иной международный скандал. Мне что, я зол был на их брата, гоню с чугунной мордой: женщина благонадежная, замужем, библиотекарь, характеризуется положительно, жалоб не поступало, что-то путаете, товарищ. Тот слушал-слушал, уши у него увяли, он и попросил все письменно изложить.

— И ты изложил письменно.

— В подробностях.

— Чем закончилось?

— Отстал. Но не закончилось. Чуть погодя дежурный принялся зубоскалить: смотри-ка, у бывшего главковского Заверина какие поклонницы козырные. Один раз пришла, его искала, потом еще раз – я ей, мол, чего изволите, а она ни в какую, нужен Заверин, на другого не согласна.

«Интересно знать, что жена сказала», – подумал Андрюха, и Олег удовлетворил любопытство:

— А что в итоге. Оставила для передачи жене духи, мне – бутылку такого отменного пойла, что хоть пробкой душись. На поквартирном обходе заглянул спасибо сказать – так и познакомились.