Книга След на рельсах, страница 38 – Валерий Шарапов

— Приходилось.

— Значит, все-таки повезло, – констатировал Эйхе, – потому что если бы повстречался с моими, то не стал бы и задаваться такими сомнениями: будет не будет. Правильный ответ: не ищи в их головенках мозга, нет его там.

— Ты его документы видел?

— Кражи, попытка грабежа, твердо встал на путь исправления и сотрудничества с администрацией, – продекламировал Эйхе, – и что? От меня что требуется, заранее сказать, кто на что способен? Тогда правильный ответ: на все.

Акимов сдался:

— То есть по медицинским документам все было чисто?

— Да.

— И признаков того, что псих, не было?

— Такие вещи «на глазок» не выявить. Надо коллегиально, в составе врачей-профессионалов.

— Ты бы не стал отправлять в обычное училище ненормального.

— Откуда такая уверенность? – подмигнул Эйхе.

— Виктор, нехорошо дурака валять, – осуждающе покачал головой Сергей.

— Дурака валять – это отправлять контуженого штурмана в заведующие детским учреждением, – парировал Эйхе. – В любом случае можешь считать, что ничего не предвещало. Мальчишка вполне нормальный.

— Со слов того, которого теперь пытаются выставить виноватым…

— Имеешь в виду Пожарского?

«Опять придуривается», – понял Сергей, но ни тени неудовольствия не выказал и проговорил:

— В общем, Витенька, Пожарский утверждает, что мальчик вел себя крайне странно. Да и с моста сигать…

— Понял. Серега, – прервал его Эйхе, – лично мне о нем плохого сказать нечего. Паренек тихий, спокойный… Как-то начал буянить… тетки мои позвали, мол, усмирите. Я по-хорошему поговорил – он не то что успокоился, а как будто обрадовался, что ли. Прямо льнул потом, как к папке. Ну это понятно, отца-то он потерял.

— Погиб?

— Отказался.

Сергей решил, что ослышался, и переспросил:

— От-ка-зал-ся? От сына?

— Так он не единственный. Младший родился, до старшего руки не доходили, не до того папке было.

— Виктор, ты шутишь так?

— А что, я похож на того, который таким образом шутит?

— Не похож, – ответил Акимов, – но странно…

— Я тебе все сказал, как было, а дальше давайте сами…

— Хорошо, – кивнул Сергей. – Можно поговорить с твоим медиком?

Эйхе глянул на часы:

— Как раз Галина Ивановна должна вернуться из вашей больницы.

Лебедева оказалась исключительно приятной дамочкой. Лет за пятьдесят, но из породы «замороженных», которые доживут до тридцати и в таком состоянии остаются до гроба. Лицо свежее, не морщинистое, волосы не седые, глаза большие, темные и ясные. В очках, но Акимов сразу понял, что очки тут по должности нужны, а не по слабости зрения.

Одета не просто опрятно, но с нездешней изысканностью: темное платье по отменной фигуре, нитка бус, белый кружевной воротничок, такое разве что на старых фотографиях увидишь. Когда она встала и, приветствуя, протянула руку, выяснилось, что движения быстрые, гибкие, как у молодой девушки.

«Чем-то на Маргариту похожа, – подумал Сергей, имея в виду главврача райбольницы, – только чуть постарше и не такая строгая». Приветливая тетка.

Выслушав пришедших, Галина Ивановна чуть затуманилась, улыбка померкла. Голос у нее тоже оказался ничего себе, глубокий, сильный. Легко можно было представить, что при необходимости ее будет слышно на любой галерке.

— Беда поразительная, – сказала она. – Юра очень хороший мальчик. Знаете, есть такие люди, с поломанной судьбой, но…