Книга Тени над Ялтой, страница 9 – Валерий Шарапов

— Иди, — Никитин взял дочку на руки. Машенька уткнулась ему в плечо, засопела носиком.

Варя взяла полотенце, вышла в коридор. Никитин услышал, как хлопнула дверь туалета.

Он оглянулся. Сосед сидел на своей полке, смотрел в окно. Молчал. Никитин повернулся к нему.

— Послушайте, — сказал он негромко. — Вы ночью часто выходили. Может быть, что-то подозрительное видели? Или слышали?

Сосед повернул голову, посмотрел на Аркадия. Взгляд настороженный, тяжелый. Помолчал. Потом сказал коротко:

— Нет. Ничего не видел. Не слышал.

— Вы уверены? Может, кто-то проходил мимо? Или в шестое купе заходил?

— Сказал же — нет.

Сосед отвернулся, снова уставился в окно. Разговор закончен. Никитин понял — он больше сегодня ничего не добьется.

Сосед вдруг встал, вышел в коридор. Дверь за ним осталась приоткрытой. Никитин подождал несколько секунд. Потом быстро наклонился, заглянул под столик. Там стояла сумка соседа — потертая, брезентовая, с железными застежками.

Никитин оглянулся. В коридоре никого. Он расстегнул сумку, заглянул внутрь. Бинокль. Две майки, сложенные аккуратно. Фотоаппарат «ФЭД» в кожаном чехле. Бритвенный прибор. Зубной порошок в картонной баночке.

Никитин нащупал что-то твердое на дне сумки. Записную книжку. Достал, открыл на последней странице. Там было написано карандашом: «Ялта. Улица Чехова, дом 3».

Больше ничего. Ни фамилий, ни телефонов. Просто адрес.

Никитин закрыл книжку, сунул обратно, застегнул сумку. Выпрямился. «Просто одинокий турист, — подумал он. — Едет в Крым, в Ялту. И чего я к нему прицепился?»

Но что-то все равно не давало покоя. Бинокль. Фотоаппарат. Адрес в Ялте. Все логично. Турист. Но почему тогда такой настороженный? Почему не говорит ни слова лишнего? Почему смотрит, как волк?

В коридоре послышались шаги. Никитин быстро сел на свое место, взял книгу. Вошел сосед. Посмотрел на Никитина, на сумку под столиком. Никитин читал, не поднимая глаз.

Сосед лег на полку, отвернулся к стене. Больше не шевелился.

Через несколько минут вернулась Варя. Лицо у жены посвежело: щечки розовые, глазки блестят, волосы аккуратно причесаны, заколоты шпильками.

— Ну вот, теперь хоть на человека похожа, — сказала она, садясь. — А то смотрелась в зеркало — страшно самой.

Никитин улыбнулся, обнял ее за плечи.

— Ты и так красивая.

— Врун, — Варя фыркнула, но улыбнулась тоже.

За окном проплывали поля, перелески, редкие деревушки. Поезд набирал скорость, мчался на юг. К морю. К отпуску. К тому, чего они так ждали.

К обеду в вагонах стало душно. Солнце било в окна, нагревало купе. Никитин расстегнул ворот рубашки, вытер лоб платком. Машенька хныкала, жаловалась, что хочет пить. Варя обмахивала ее газетой, но толку было мало.

— Аркаша, пойдем в вагон-ресторан, — предложила Варя. — Там наверняка прохладнее. И поедим нормально.

Никитин рассеянно кивнул. Они быстро собрались. Варя взяла Машеньку на руки, Никитин надел пиджак, причесался. Пошли вперед по составу.

Вагон-ресторан оказался в середине состава, через четыре вагона. Когда вошли, Никитин растерялся. Народу было много — все столики заняты, у стойки стояла очередь. Официант в белом кителе сновал между столами, ловко балансируя подносом. Пахло жареным луком, тушеной капустой, табачным дымом.

Никитин замер у входа, оглядываясь. Где садиться? Как заказывать? Он прошел войну, допрашивал фашистов, не моргнув глазом приводил приговоры в исполнение, но здесь, в этом удивительном изобретении человечества — вагоне-ресторане, чувствовал себя как не в своей тарелке. Робел, будто мальчишка.