Онлайн книга «Эликсир для избранных»
|
Я попытался снова сосредоточиться на тексте. «Джиллард обратил внимание на то, что синдром внезапной аритмической смерти – распространенное явление, хотя соответствующий диагноз крайне сложно подтвердить…» «Что за черт? Тут что-то с логикой не в порядке, – подумал я с раздражением. – Явление можно считать «распространенным», если существует достаточно много подтвержденных случаев… А если явление «крайне сложно подтвердить», то откуда мы узнаем, что это именно тот случай? По-моему, здесь какое-то противоречие. Или мне кажется?..» «…Патологоанатомическая экспертиза не выявила у Александра Манюченко сердечной патологии…» «Прелестно! Не старый еще мужик, сердце здоровое, никаких патологий, и вдруг – хлоп, на́ тебе! – синдром внезапной аритмической смерти… Постой, но разве такого не может быть? Здоровый, здоровый, а потом раз – и инфаркт… Мало, что ли, таких случаев? Да полно! Сорок восемь – это уже не восемнадцать. Вот и прадед Павел Алексеевич в 56 лет умер. Но у него была болезнь сердца… А все-таки очень подозрительно! Понимаю, почему Славка так бесновался…» «…Не смогла установить никаких нарушений и более сложная генетическая экспертиза, вероятность успеха которой, впрочем, изначально была мала и составляла всего 10 процентов…» М-да, в общем, ясно, что ничего не ясно… «…Однако как подчеркнул Джиллард, в его обязанности не входило подтверждение наличия у покойного предрасположенности к синдрому внезапной аритмической смерти, а лишь выявление более вероятных причин кончины…» Так, и что же? «…Коронер признал, что полицией Суррея в ходе работы с уликами были допущены ошибки, которые помешали подтвердить факт отравления…» Во как! Все-таки полиция опять облажалась. Я всегда говорил: участковые – люди без фантазии… «Посмертное вскрытие было сделано лишь восемнадцать дней спустя, содержимое желудка покойного к тому моменту было выброшено, – заявил Джиллард. – Это сделало невозможным проведение новых тестов…» «Мо-лод-цы! – подумал я. – Да за такое время даже цианистый калий, наверное, выветрился бы…» «Коронер заявил, что ему неизвестно, получал ли Манюченко угрозы, которые можно было бы однозначно связать с его смертью. Он также отметил то обстоятельство, что россиянин не принимал никаких особых мер безопасности…» «А вот это странно, – подумал я. – Неужели он думал, что ему ничто не угрожает? А куда, извините, смотрели британские компетентные органы? Хотя, наверное, к каждому политэмигранту охрану не приставишь… А может, действительно естественная смерть? Темная исто-рия…» «Изучив это дело самым тщательным образом, я пришел к выводу, что не могу совершенно исключить вероятность того, что Александр Манюченко был отравлен, однако, основываясь на всех представленных свидетельствах, я считаю это маловероятным», – указал в своем вердикте коронер. По его словам, сложно было выдвинуть правдоподобную версию о том, когда Манюченко мог получить дозу яда. С утра в день смерти Манюченко выглядел совершенно здоровым. Едва ли он вышел бы на пробежку, если бы чувствовал себя нехорошо. Версия о том, что яд мог быть введен ему во время самой пробежки, не подтверждается ни осмотром тела, ни свидетельскими показаниями…» «А почему, собственно, мне так хочется, чтобы Манюченко отравили? – подумал я. – Ну, не люблю я президента и всю эту его военно-гэбистскую компанию, но это же не означает, что надо вешать на него всех собак… Надо стараться быть объективным. Как коронер Джиллард». |