Книга Кто шепчет в темноте?, страница 67 – Джон Диксон Карр

— Нет. Но почему вы спросили?

— Что ж, – врач поднял глаза, – она постоянно повторяет, снова и снова, будто кто-то шепчет ей что-то на ухо.

— Шепчет?

— Да. И это довольно сильно меня тревожит.

— Но этот «шепот» не мог же послужить причиной…

— Нет. Именно это я и сам подумал.

«Шепчет».

Жутковатое слово, с шипящими звуками, словно повисло в воздухе между ними. Доктор Гарвиц по-прежнему медленно постукивал котелком по ноге.

— Ладно! – Он встрепенулся и поглядел на наручные часы. – Осмелюсь предположить, что скоро мы все узнаем. Ну а пока что, как я и говорил ночью, беспокоиться не о чем. Мне повезло найти для вас сиделку, она ждет в прихожей. – Доктор Гарвиц повернулся к двери. – Хотя все это очень тревожно, – прибавил он. – Я еще зайду, когда осмотрю пациентку. И мне стоит взглянуть и на другую леди заодно, мисс Сетон, так, кажется? Ночью мне показалось, что она очень бледна. Прошу меня извинить.

И дверь за ним закрылась.

— Наверное, – механически проговорил Майлз, – мне стоит пойти и позаботиться о завтраке для всех. – Но он сделал всего два шага в сторону столовой. – Шепчет! – повторил он. – Доктор Фелл, что же кроется за всем этим?

— Сэр, – отозвался доктор Фелл, – я не знаю.

— Но это дает вам какую-то подсказку?

— К несчастью, нет. Вампир…

— Нам обязательно использовать это слово?

— Вампир в фольклоре тихонько нашептывает своей жертве на ухо в самом начале их отношений, чтобы погрузить жертву в транс. Но суть в том, что никакой вампир, настоящий или фальшивый, никакая имитация любой нечисти не произвела бы на вашу сестру ни малейшего впечатления. Все правильно?

— Могу в этом поклясться. Вчера ночью я же приводил вам пример, чтобы доказать это. В сознании Мэрион, – он старался подыскать верные слова, – подобное просто не укладывается.

— Хотите сказать, что она начисто лишена воображения?

— Ну, это слишком сильно для любого человека. Но такое она совершенно точно безоговорочно презирает. Когда я пытался поговорить с ней о сверхъестественном, она выставила меня полным дураком. А когда я упомянул графа Калиостро…

— Калиостро? – доктор Фелл часто заморгал. – С чего бы? О, ага! Понял! Книга Риго?

— Да. По словам Фей Сетон, у Мэрион сложилось смутное, но вполне искреннее убеждение, что Калиостро входит в число моих друзей.

На доктора Фелла снова напала рассеянность. Он откинулся на спинку кресла, трубка у него погасла, и он так долго в задумчивости созерцал угол потолка, что Майлз уже начал подозревать у него каталепсию, пока не заметил, как в глазах доктора забрезжил едва заметный огонек, а затем его лицо озарила широкая сонная улыбка, за которой последовала серия смешков, постепенно разбежавшихся по складкам жилета.

— Между прочим, это увлекательнейшая тема, – задумчиво протянул доктор Фелл.

— Вампиры? – горько поинтересовался Майлз.

— Калиостро, – ответил доктор Фелл.

Он взмахнул своей трубкой.

— Надо сказать, этот исторический персонаж, – продолжал он, – всегда вызывал у меня отвращение, и все же я безотчетно восхищался им. Маленький пузатый итальянец, очковтиратель, воплощенное нахальство, который уверял, что живет уже две тысячи лет, поскольку пьет эликсир молодости собственного изготовления! Чародей, алхимик, целитель! На полотне второй половины восемнадцатого столетия он появляется в красном камзоле, расшитом бриллиантами! Он приводит в трепет монаршие дворы от Парижа до Санкт-Петербурга! Он учреждает масонскую ложу, куда допускались и женщины, и читает лекции своим ученицам in puris naturalibus!^[14] Делает золото! Предсказывает будущее! И что самое невероятное, выходит сухим из воды!