Онлайн книга «Кровавый вечер у продюсера»
|
— Она вроде как для всех пишет, нет? — Говорят, она пишет роли под звезд, с которыми вступает в отношения. Робин скупо улыбнулся: — Значит, я не звезда. — Похоже на то. — Сейчас расплачусь! — Робин гротескно промокнул глаз салфеткой, а затем поднял взгляд на сыщиков: — Я давно в шоу-бизнесе. Здесь не всем быть звездами. Столько места в памяти зрителей нет. Знаете, как аниматоры говорят? Не больше семи героев. Иначе дети просто не поймут сюжет. Здесь то же самое. Кто-то будет обеспечен работой и сможет содержать семью за хорошие, честные деньги. Так что я бы не убил Гузенко. И у меня есть алиби. — Какое? — спросил Крячко. — Мы проверим. — Я все время был с девчонками, которых привез Гурин. — А почему не с Никой, с которой общались за ужином? — Потому что она беременна. — Каскадер пододвинул к себе рагу. — Ест тоннами. И от ее бокала ничем не пахнет. А у меня отец был алкаш. Я спирт вмиг секу. * * * Когда сыщики оказались на улице и Крючко направился к коттеджу «Бадьян», Гуров знал, что, в отличие от друга, его ждет не сытное угощение и медовуха, а неприятный разговор с женой. Впервые с момента их знакомства он осознал, что у них могут быть тайны друг от друга. Точнее, у нее от него. — Есть новости? — Мария сидела на диване, держа в руках тарелку лукового супа. Он прошел в душ: — Пока нет. Струи воды лились на его голову, плечи, спину. Смывали этот долгий, абсурдный день. — Никаких предположений, кто его убил? — Мария принесла его халат. — Под подозрением все. — Даже я? — Она стояла в дверном проеме. Лев прошел мимо в повязанном на бедрах полотенце: — Особенно ты. Мария недоуменно пошла за ним: — Может, объяснишь, что происходит? Я была с тобой, когда убили Гузенко. Мы вместе шли по оранжерее, были в курительной комнате, спустились по лестнице… — Убийцу отличают мотив и возможность. Возможности у тебя действительно не было. — А мотив, значит, был?! — Письма с угрозами — сильный мотив. — Я не придала им значения! — Тогда почему не сказала мне? — Не посчитала важными, говорю же! Зачем отвлекать тебя всякой ерундой? — По-твоему, то, что кто-то желает тебе зла, для меня ерунда? — Нет… Просто в нашем мире на мелкие пакости горазды все. Испортить сопернице костюм, подменить ей воду уксусом в гримерке, налить подсолнечное масло, чтобы нелепо свалилась на сцене… Все мы — потомки бродячих комедиантов, которые колесили от ярмарки к ярмарке на дощатых повозках. Тут не до моральных терзаний и изящных манер! — Хватит с меня на сегодня разговоров об искусстве!.. — Ну, прости, что твоя жена — актриса! — Мы когда-то договаривались, что со мной ты будешь искренней. И меня пугает, что ты знаешь, кто посылал письма. — Сначала я терялась в догадках и дрожала как осиновый лист, поверь! А потом Вера увидела у меня письмо, которое оставили в гримерке в день проб на роль Ривы, и рассказала… — Что тоже прошла через это? А что ей это стоило нерожденного ребенка, не сказала? Мария закрыла лицо руками: — Нет… — Как она говорила о Гузенко в тот день? С презрением или ненавистью? — С сожалением. Будто знала, что его дни сочтены. — Может, и знала. — Она не похожа на того, кто способен совершить убийство. — А как такие люди, по-твоему, выглядят? Как киношные маньяки или наемники-ниндзя? |