Книга Первая ночь для дракона, страница 234 – Елена Счастная

— Никогда! Никогда больше не вмешивайся в подобные дела, — часто дыша, проговорил Вигхарт, отпуская неподвижное тело Филиберта.

— Мы оба ошиблись, — вяло возразила я. — Ты тоже не справился бы в одиночку.

— Я просто ударил бы его в спину кинжалом, когда подобрался бы достаточно близко. Хоть никогда раньше никого не бил в спину,  — устало пояснил мой муж. — У меня не было других вариантов. Только убить его в тот миг, когда он не ожидает. Ещё, пожалуй, всё же поговорить с Нортвином… Но подобраться к нему оказалось гораздо сложнее, чем я думал. Еле ноги унёс, когда понял, что в резиденции полно сумеречников. Они просто не пропустили бы меня. Пришлось искать другой путь.

— Для метаморфа это нормально, — усмехнулась я, оглядывая его сквозь мрак искоса.

Он ещё не принял свой настоящий облик. Но я чувствовала его через метку — и пока мне было этого достаточно.

Скоро пришёл и Нортвин. Сам лично, в эту неприметную каморку, где нам всё же удалось задавить — так неожиданно — давно подготовившего переворот фон Таля. Наверное, когда он придёт в себя и осознает, что случилось, то будет невероятно разочарован. Быть огретым стулом в комнатёнке с простынями в мешках — не на такой исход он рассчитывал. Пожалуй, умереть от удара кинжалом и то было бы почётнее.

Как Нортвин возвращал свою печать Филиберту, я уже не видела. Слуги проводили меня обратно в комнату под строжайшим велением моего мужа не спускать с меня глаз и не позволять мне выходить из покоев, пока он не разрешит.

И мне пришлось ждать его почти до самого утра.

Я уже успела собраться ко сну — только чтобы хоть чем-то себя занять, — уже наслушалась от слуг сплетен о том, что Нортвин всё же вышел к гостям и открыл праздник Первых кёнигов прилюдным разоблачением фон Таля и возвращением всех милостей моему мужу.

Однако Вигхарт всё не возвращался, а у меня и сна не было ни в одном глазу. Впору испугаться, что ребёнку подобные переживания всё же не пойдут на пользу. Потому приходилось заставлять себя успокоиться. И мне даже почти удалось уснуть — когда рассвет уже плеснул первое золото по небу. Сквозь нарастающую дрёму я услышала голоса, затем тихие шаги.

— Что ты делал так долго? — пробормотала я, поворачиваясь к Вигхарту, который стоял у изножья постели и стаскивал с плеч нарядный дублет, не сводя с меня взгляда.

— Нам с Нортвином многое пришлось обсудить. Как и с Филибертом, который, похоже, будет казнён. Но кёниг ещё не решил окончательно. Он сегодня даже добр — по случаю Праздника, — мой драконище горько усмехнулся. — Нортвин, конечно, негодовал. И на меня тоже. Но мы, кажется, всё же поняли друг друга… Потом пришлось отлавливать сумеречников по замку. Сложнее поймать подручных фон Таля из обычных людей или “чистых” драконов. Это будет длиться ещё долго. Но это уже не совсем моя забота.

— Ты устал, — зачем-то сказала я, любуясь в тусклом свете просыпающейся зари собственным мужем, который уже скинул рубашку и в одних лишь штанах двинулся ко мне.

На его теле появилось в последние недели несколько новых шрамов. Я теперь замечала их так ясно, словно они горели алым даже в сумерках.

— Думаю, мне ещё предстоит это понять. Но хоть немного отдохнуть я хочу прямо сейчас.

— Но если это всё заканчивается… Что будет завтра?