Книга Тот, кто вырезал моё сердце, страница 44 – Кассиан Маринер

Сегодня я нарушил этот закон. Я внес Лин И… нет, эту девушку внутрь, пинком открыв резную дверь. С нее текла вода, оставляя темные лужи на полированном полу из редчайшего черного дерева. В другое время я бы пришел в ярость от такой грязи. Сейчас я этого даже не заметил.

Она дрожала в моих руках, сотрясаемая крупной, болезненной дрожью. Лицо ее было серого цвета, губы — синими, как лепестки увядшего ириса. Я положил ее на свою кровать. Шелк простыней, сотканный по моему заказу небесными шелкопрядами мгновенно впитал влагу с ее одежды.

— Шэнь! — крикнул я в коридор, стараясь, чтобы голос звучал твердо, а не испуганно.

Старик появился через мгновение, запыхавшийся.

— Мастер? Ох, боги милосердные! Что с мальчиком?

— Упал в реку, — коротко бросил я, загораживая кровать спиной. Шэнь не должен видеть разрезанные бинты. — Принеси горячего вина с имбирем. И сухие полотенца. И... принеси мой старый походный халат. Самый маленький.

— Лекаря? — спросил Шэнь, пытаясь заглянуть мне за плечо.

— Нет! — рявкнул я. — Я сам справлюсь. У него шок. Лишние люди его напугают. Иди!

Когда старик убежал, я повернулся к ней. Она была в полуобмороке. Глаза закрыты, ресницы слиплись, мокрая ткань нижней рубашки облепляла ее тело, не оставляя места для воображения. Женщина. Хрупкая, но с формами, которые природа создала для мягкости, а она заковала их в броню из ткани ради сурового ремесла.

Я почувствовал странный укол в груди. Это было уважение, смешанное с ужасом. На что она пошла ради того, чтобы просто держать в руках долото? Она отказалась от своей сути, от безопасности, от будущего.

Я отвернулся, давая ей и себе хоть каплю приличия, и подошел к ширме.

— Лин И, — позвал я тихо.

— Мастер... — ее голос был едва слышным шелестом.

— Ты можешь двигаться?

— Да... кажется.

— Сними мокрое и завернись в одеяло. Я не смотрю.

Я слышал влажный звук падающей на пол одежды. Слышал ее прерывистое дыхание. В моем воображении возникали картины, которые я тут же безжалостно давил волей. Я — Звездный Лорд. Я выше этого.

Но когда я услышал шуршание одеяла, то понял, что моя «божественная холодность» дала трещину. Я волновался за нее.

— Я... готова, Мастер.

Я обернулся. Она сидела на краю огромной кровати, укутанная в одеяло по самый нос. Из кокона торчала только макушка с мокрыми, спутанными волосами и огромные, испуганные глаза. Она ждала казни.

Я подошел и сел в кресло напротив.

— Как твое настоящее имя? — спросил я. Она молчала секунду, глядя на свои руки, сжимающие край одеяла.

— Лин Вань, — прошептала она. — Дочь мастера Лин Чжоу.

Лин Чжоу. Я слышал это имя. Старый мастер, умерший несколько лет назад. Он был известен своими резными шкатулками с секретами. Значит, кровь не вода.

— Лин Вань, — я покатал это имя на языке. Оно звучало мягко и округло. — Ты понимаешь, что ты совершила преступление? Обман Императора, обман Гильдии и обман меня.

— Я знаю, — по ее щеке скатилась слеза. — Вы сдадите меня страже?

Я смотрел на нее. На эту маленькую фигурку, которая бросила вызов всему миру.

— Если бы я хотел тебя сдать, то оставил бы тебя на берегу, — сказал я жестко. — Или позвал лекаря, который тут же донес бы куда следует.

Ее глаза расширились. Надежда вспыхнула в них робким огоньком.

— Вы... вы позволите мне остаться?