Книга Пленница Повелителя песков, страница 51 – Елена Княжинская

— Одной красоты и силы мало, – ответила ей, мысленно негодуя из-за того, что разговор свернул не в ту сторону. – Если в мужчине нет чести…

— Ох, Асия, ты совсем не знаешь Зафара, если так говоришь. Любой скажет тебе, что он скорее умрет, чем нарушит слово. Ты тому пример. Будь он дурным человеком, разве стал заботиться о тебе?

— У него свой интерес, – не согласилась с ней.

— Конечно! Нужно быть слепым, чтобы не увидеть твою красоту, и глупым, чтобы упустить тебя. Дождись его, и все поймешь.

— А как же Шафия? Одной женщины ему мало?

— Если бы все было так просто, – вздохнула Руфия. – Ладно, так и быть, расскажу, но пообещай, что Зафар не узнает об этом разговоре.

Я кивнула и вся превратилась в слух. Мне не терпелось разгадать хотя бы одну тайну Повелителя.

— Давно это было.

Руфия замолчала на какое-то время, погрузившись в воспоминания. Я поерзала, усаживаясь поудобнее. Мне не хватало многочисленных подушек, что остались в моей комнате. В шатре ковер лежал прямо на песке.

— В тот год, – продолжила Руфия, – Зафар приехал к нам в Аль-Тарик на праздник сбора фиников. В нашем оазисе издревле отмечают этот день. Мужчины готовят мясо на углях, женщины – сладости. Вечером, с восходом луны, мы собираемся вокруг костра, поем песни и танцуем.

— Все вместе?

— Думаешь, я лгу?

— Нет, но у женщин свои праздники, а у мужчин свои. Даже на свадьбе мы сидим отдельно друг от друга.

— Зря. Где еще, как ни на празднике, присмотреть будущую жену или мужа?

— Присмотреть можно, – ответила, чувствуя, что разговор уходит все дальше в сторону, – а дальше? Все равно отцу решать, с кем жить девушке. Ее мнение никто не спросит.

— И так бывает, – вздохнула Руфия. – Так оно и случилось. Шафия была хороша: тонкая, как тростиночка, гибкая, скромная. Но, когда она брала в руки ребаб и начинала перебирать струны, менялась до неузнаваемости. Преображалась на глазах. Столько силы было в ее музыке, столько эмоций, что даже мужчины украдкой утирали слезы.

Зафар не мог не заметить Шафию. Влюбился с первого взгляда. Я видела это по его взгляду, который он не сводил с нее, по блеску глаз. Он и на мои расспросы отвечал через раз и чаще невпопад. Витал в небесах, все никак не мог налюбоваться.

Семь дней он гостил в Аль-Тарике и всякий раз я видела его подле Шафии. Отец не препятствовал ему, ведь Зафар даже коснуться лишний раз не смел его дочери, но отказал, когда тот пришел просить ее руки. Зачем ему зять, который в битвах проводит больше времени, чем дома, которому даже выкуп за невесту было нечем заплатить.

Но Повелитель не был бы собой, если бы сдался. Он уговорил брата подождать, а сам отправился за деньгами. Шафия каждое утро поднималась на Большой бархан в надежде увидеть его. Каждый вечер я утешала ее, плачущую у меня на плече, и просила еще подождать.

Зафар не вернулся ни через неделю, ни через месяц. Явился накануне ее свадьбы. Ты бы видела его! Раненый, весь в крови, он будто пережил битву со злобными ифритами, но победил. Он бы умирал, но приполз, да только было поздно. Брачные клятвы были произнесены. Шафия не посмела нарушить их.

“На все воля духов”, – сказала она, когда Зафар просил ее уйти с ним.

— Не простила? – спросила, когда Руфия замолчала. – Может быть, и не любила?