Книга Ртуть, страница 270 – Калли Харт

— Моя кровь – в благодарность тебе, сестра, – тихо проговорил Лоррет. Затем он встал, все так же радостно мне улыбаясь, и отступил в сторону, чтобы его место мог занять Рэн.

Генерал тоже преклонил колени, кивнул мне, рассек себе ладонь кинжалом и оставил свой кровавый отпечаток поверх отпечатка Лоррета.

— Для меня было честью сражаться плечом к плечу с тобой, – сказал он. – Моя кровь – в благодарность тебе, сестра.

Щеки у меня пылали, как кузнечный горн, когда Кингфишер тихо приблизился и встал передо мной на колени. Спутанные черные волосы падали на лицо, казавшееся бледнее обычного в отблесках горящих факелов. Но взор его был спокоен и полон решимости. Он не сводил с меня глаз, обнажая Нимерель и смыкая пальцы на его клинке. Положив ладонь мне на грудь, он указательным и средним пальцами постучал по грудине в ритме моего сердцебиения, улыбнулся – очень устало и очень печально, – после чего произнес:

— Я отдаю свою кровь в благодарность тебе, Сейрис Фейн.

Сначала Кингфишер называл меня «человек». Затем «Ошеллит» – с изрядной долей презрения. После было «Оша», что поначалу звучало насмешливо, а потом ласково. Но он никогда не обращался ко мне по имени. И вот теперь наконец-то я услышала от него «Сейрис Фейн». Это было так… странно.

Лоррет, хмурясь, вытирал костяшками пальцев заляпанный грязью нагрудник. Рэн смеялся себе под нос, склонив голову. Данья прохрипела что-то на старофейрийском и сплюнула на пол, баюкая правую руку с обожженным срезом на уровне запястья… Да на хрен Данью! Она свою боль заслужила. А я? Я просто стояла как дура, оцепенев от шока, и не знала, что сделать, что сказать…

Кингфишер между тем обрел привычную деловитость, быстро открыл теневой портал. Я шагнула туда первой и оказалась в обеденном зале Калиша – там, где впервые увидела фидеров, – уселась за стол и принялась ждать остальных, нетерпеливо барабаня пальцами по дереву. Следующей из воронки показалась Данья и состроила мне рожу, едва увидев. Толстая борцовская коса из светлых волос была замарана кровью.

— Глядите-ка на нее… Выскочка-алхимик восседает на почетном месте за фейрийским фамильным столом. Пересела бы, пока остальные не пришли, а то будет неловко.

Я вообще-то сидела там же, где всегда, справа от стула, который занимал за этим большим столом Кингфишер, когда мы здесь трапезничали. Но, судя по ехидной ухмылочке Даньи, это выглядело скандальным нарушением приличий. И кстати говоря, она была не первой, кто остро отреагировал на мой выбор места. Сначала всполошились духи огня – Арчер, помнится, в буквальном смысле вспыхнул, когда увидел меня по правую руку от Кингфишера. Потом еще Рэн чуть не подавился… Я возвела глаза к потолку, откинувшись на деревянную спинку.

— А в чем проблема? Это всего лишь стул, – сказала я с напускным безразличием, потому что если бы Данья поняла, что я умираю от любопытства, она наверняка ничего не ответила бы из вредности.

Воительница ногой отодвинула стул напротив и тяжело на него опустилась.

— Ты пристроила зад на стуле хозяйки дома, дубина. По правилам этикета только жена Кингфишера имеет право его занимать. Это почетное место предназначено для фейрийской женщины, принадлежащей к какому-нибудь заслуженному древнему роду, а ты развалилась там, как будто право имеешь. Оскорбительно уже то, что Фишер позволяет человеческому существу сидеть за одним столом с ним. Но это… – Она ткнула в мою сторону здоровой рукой. – Это уже перебор. Сказала же, подвинь задницу.