Онлайн книга «Когда поёт Флейта Любви»
|
— Хота! — Где научился так стрелять, Хота? Юноша, видя, что все идет по плану, ответил: — В племени апачей, сэр! Старик удивился. — Ну тогда понятно! Ладно! Признаю! Ты действительно талантливый стрелок! Что ты хочешь в качестве награды? Хота внутренне возликовал. — Хочу, чтобы вы мне немного рассказали о своем героическом прошлом. Старик вдруг изменился в лице и нервно махнул рукой. — Да никакое оно не героическое, — произнес он, горько вздыхая. — Я не герой! Я злодей! — Что же произошло? — продолжал Хота гнуть свою линию. — Эх, да что тут говорить! Я доживаю свой век, зная, что я великий грешник. Однажды… однажды я подставил одного святого человека из-за страха за свою шкуру, и это не дает мне покоя уже более десятка лет… Старик, видимо, жаждал выговориться. Он, конечно, не говорил имен, но для Хоты все герои его рассказа были вполне понятны. В тот год, когда погибли его родители, старик Джереми Бук, он же — Конрад Боул — был правой рукой шерифа Смита. Шериф проводил множество незаконных операций, а Боул тихонечко готовил на него компромат, желая засадить его за решетку и занять его место. И делал он это не из-за жадности, а из-за жажды мести, ведь шериф Смит приказал убить его младшего брата за неподчинение своему авторитету. Собранные документы Боул хранил в тайнике в доме у Волчьей Скалы. Тогда еще она называлась иначе (уже позже, когда шериф пытался найти эти бумаги, он перевернул с ног на голову весь домик у скалы, но ничего не нашел. Тогда он приказал распространить слух о таинственной и страшной смерти в этом доме одного охотника, чтобы больше никто не появлялся тут и не нашел потерянные документы. Так родилась легенда о Волчьей Скале). И вот однажды шериф Смит, как ожидалось, пронюхал о предательстве своего близкого подчиненного и решил уничтожить его как можно скорее. Боул спасаясь бегством, попросил приюта на одну ночь в семье миссионера Лионнела Хоффмана, и его гостеприимно укрыли. Всего одну ночь пробыл он там и утром исчез из города, но обезумевший шериф решил, что Боул передал миссионеру компрометирующие его документы и в ярости приказал уничтожить всю его семью. — И они погибли, — прошептал старик дрожащим голосом, — тот святой человек, его добродетельная жена и их сын, еще совсем ребенок. А все потому, что я провел там эту злосчастную ночь! Охотник отвернулся, не желая, наверное, чтобы Хота видел его боль, но тот тронул его за плечо. — Сэр! Вы невиновны! Виноват этот злодей! Думаю, святой человек и его жена уже давно простили вас, да и Бог простил вас, видя, как сильно вы раскаиваетесь! Охотник сделал прерывистый вдох. — Мне так жаль, что тот мальчишка так и не смог вырасти и прожить полноценную жизнь. Он мог бы стать таким же успешным стрелком, как ты! — произнес старик, оборачиваясь к Хоте. На лице юноши замерло трепетное выражение. — Я должен вам сказать: этот ребенок вырос и стал стрелком! Он получил свою жизнь! Он жив! Старик изумленно смотрел на молодого человека, а потом немного испуганно произнес: — О чем ты говоришь? — Я и есть этот мальчик! — решительно, но мягко произнес Хота. — Меня зовут Леонард Хоффман! Я выжил, вырос и стал стрелком! Глаза бедного охотника округлились, а сам он так сильно попятился, как будто увидел привидение. |