Книга Дети Хедина, страница 95 – Ник Перумов, Аркадий Шушпанов, Наталья Колесова, и др.

— Ян!

— Доброе утро, Доминик, Петр.

Я поставил фонарь на пол между нами.

— Не разберешь тут, утро или нет, – буркнул Доминик.

— Вот уж не ожидали тебя увидеть… – заметил Петр. – Да и твою ведьму уже тоже – заморила нас совсем голодом. Если то, что она приносила, можно было назвать едой…

— Марьяну убили. Руки давайте.

Они вытянули руки, загремев совсем уж средневекового вида кандалами.

— Ничего себе она для вас раздобыла! – Я щелкнул по железу пальцем, и оно рассыпалось ржавой пылью.

— Ты нас освобождаешь, что ли? В честь чего это?

— Я поссорился с Матиашем, так что не вижу смысла дальше держать вас здесь.

— Может, хоть объяснишь, что произошло? – спросил Петр.

— А разве не ясно?

— Та девка, с которой мы тебя видели, все-таки очаровала тебя.

Доминик почесал двухнедельную щетину на подбородке.

— И ты, разумеется, не смог убить ни ее саму, ни ее чертову семейку. Это заклятие, кажется, называется «ложная смерть»? Нам Марьяна рассказывала, объясняя наше воскрешение. С ведьмами у тебя, конечно, эффектней получилось – море крови, вопли, ощущение боли…

— Что-то вроде того, – не стал отрицать я.

— Но почему ты не убил нас, когда надо было?

— Вы ведь тоже не убили меня, когда надо было, – отозвался я в тон Петру. – Кроме того, я всегда считал вас своей семьей.

— И тем не менее ты упрятал нас сюда из-за какой-то стервы.

Доминик разминал руки, растирая запястья, где остались следы кандалов.

— Ты не прав. Элишка – она хрупкая и беззащитная, у нее и ведьмовских сил-то – кот наплакал.

— Но ее мамаша и сестра… Ты же читал их дело.

Я пожал плечами.

— Из-за чего ты поругался с Матиашем? – спросил Петр.

Я достал телефон – связь, хоть и слабенькая, все же проникала сквозь толстые стены подвала.

— Он вам лучше обрисует ситуацию… Доброе утро, Матиаш, извини, что разбудил. У меня для тебя маленький сюрприз в лавке Марьяны, – я нажал отбой и добавил: – Вы поосторожнее, он на взводе – еще начнет палить без разбору.

Я поднял фонарь, и мы выбрались наружу.

— Что будешь делать дальше, Ян?

Петр внимательно смотрел на меня, и я знал, что несмотря на все, что произошло, он беспокоится обо мне.

— Ты вернешься в колдовской род?

— Шутишь? После всего-то? Клара бы самолично растерзала меня, если бы это было ей по зубам.

Я задул фонарь, на улице уже заметно посветлело.

— Ну все, мне пора.

Доминик пожал мне руку, а Петр так и вовсе прижал к себе.

— Мальчик, – прошептал он глухо. – Береги себя и прости, если что было не так.

— Вы тоже будьте поосторожнее. – Я высвободился и на миг застыл на пороге. – Передай Матиашу – он недавно назвал меня лучшим охотником. Пусть поразмыслит над своими собственными словами.

Я исчез среди крыш. Устроившись в густой тени чердачного окна, я увидел, как несколько черных силуэтов скользят по узким переулкам. Наконец они оказались в тупичке.

— Доминик?! Петр?! – до меня долетел изумленный возглас Матиаша, узнавшего охотников, стоящих на улице у входа в лавку.

— Да, как ни удивительно, это мы, – откликнулся Петр.

— Но как?!

— Можно мы сначала что-нибудь съедим и примем ванну, а то, кажется, мы подхватили вшей в подвале этой ведьмы, – предложил Доминик.

— Где Ян?

— Станет он тебя дожидаться, – проворчал Петр.

— Есть сигареты? – спросил Доминик. – Курить хочется до смерти.