— Правда? Вы знаете, у сиделок и медсестер, которые ухаживают за больными на дому, есть группы поддержки, куда они могут обращаться в случае… наступления моральной усталости и других проблем. В группе есть профессиональные психологи, они могли бы с вами поговорить, как-то помочь…
Похоже, Беттина почувствовала исходящий от нее запах перегара. При мысли об этом Хлоя испытала новый приступ стыда, который, впрочем, почти сразу сменился глубоким отвращением к себе, к своей слабости.
Вот почему, Хлоя, тебе так нужно расписание, рутина, которой ты могла бы придерживаться. Рутина способствует самодисциплине, без которой ты легко можешь сбиться с пути и забрести не туда. А потом… ты и сама не заметишь, как потеряешь всякую связь с действительностью.
— Я… я знаю, спасибо. А сейчас прошу меня извинить, мне давно пора к Мастертонам – я договорилась выгулять их овчарок. Они живут чуть дальше по улице, знаете?.. Это ненадолго – потом я вернусь, чтобы переодеться, и пойду на работу. Вас же кто-то сменит сегодня вечером, я не ошиблась?..
— Нет ничего стыдного в том, чтобы попросить помощи, Хлоя, – негромко сказала Беттина. – Это не признание собственной слабости. Напротив, это требует настоящего мужества и силы.
В ушах Хлои снова зазвучал голос матери. Британский акцент придавал ее словам особую язвительность.
Не стоит рассказывать людям о себе слишком много – больше, чем им положено знать. Они могут использовать твою слабость как оружие против тебя. И даже если человек выглядит порядочным и добрым, это ничего не значит; если сообщить чужаку сокровенную информацию о себе, через него она может попасть в руки Зла!
Кивнув в ответ, Хлоя поскорее выскочила из квартиры, боясь, что может сделать что-нибудь глупое и стыдное. Например, заплакать.
Спускаясь по лестнице, она решила, что проведет мастертоновских овчарок мимо Холодного дома и постарается разглядеть, чем там заняты новые хозяева. Ну а после работы, поздним вечером, когда станет темно и окна соседних домов превратятся в озаренные теплым желтым светом театральные подмостки, на которых обитатели квартир разыгрывают пьесы из собственной жизни, она выведет на прогулку Броуди. И если новые соседи еще не лягут спать, она может постоять немного в темноте напротив Холодного дома и посмотреть, чем они занимаются. В доме были очень большие окна, и Хлоя не сомневалась, что сквозь них она может увидеть довольно много, сама оставаясь невидимой.
НАША ВЕРСИЯ: История Хлои Купер
На экране – снятая с квадрокоптера панорама Кроуз-Пойнт. С высоты этот район города похож на треугольник, острая вершина которого вдается в залив Беррард. С левой стороны этого треугольника расположена бухта Джеррин-Бей, с правой – бухта Беттиз-Коув. На невысоком холме над Джеррин-Бей стоит ресторан «Бич-Хаус».
Квадрокоптер снижается, масштаб съемки растет, и в центре кадра появляется бетонный особняк Спенглеров. Он расположен на участке между узким безымянным переулком и Кроуз-роуд, на которую выходит его фасад. Подъездная дорожка ведет к черному ходу и выезду из гаража.
Квадрокоптер ненадолго зависает над крышей здания, на третьем этаже которого находится квартира Хлои Купер, потом летит дальше и оказывается над тянущейся с другой стороны Мейн-стрит. Понемногу он снижается, и в кадре появляются коммерческие помещения первого этажа. Перед дверью одного из них стоит, сложив руки на груди и широко расставив ноги, крупный смуглый мужчина. За его спиной виден раскрашенный красными и белыми полосами шест, и зрители догадываются, что это парикмахер. Подняв голову, мужчина глядит прямо на приближающийся к нему квадрокоптер. Под носом у него чернеют длинные густые усы с лихо загнутыми вверх кончиками, такие же черные брови нависают низко над глазами. Мужчина одет в джинсы и белую футболку; когда квадрокоптер подлетает совсем близко, становится виден и висящий у него на шее на кожаном шнурке сине-бело-голубой амулет от сглаза.
В нижней части экрана появляется текст:
ПАРИКМАХЕР ГЕОРГИЙ ВАСИЛИУ, СОСЕД ХЛОИ КУПЕР
Изображение на экране переключается на интерьер небольшой парикмахерской: выложенный черно-белой плиткой пол, сверкающий хром кресел и инструментов, красные декоративные панели и зеркала на стенах. Георгий Василиу сидит в одном из своих кресел, которое по сравнению с его мощной фигурой кажется совсем крошечным. В своей огромной руке он держит миниатюрную чашку с блюдцем: на глазах зрителей он делает из чашки небольшой глоток кофе эспрессо. В зеркале за его спиной отражается картина, висящая над входом в парикмахерскую. Она выполнена в темных тонах и выглядит несколько абстрактно. На ней изображена молодая женщина, ноги которой намертво застряли между камнями на берегу бушующего океана. Волосы и платье женщины развеваются на ветру. Между камнями кое-где виднеются небольшие ручейки и лужицы расплавленного золота.
ТРИНИТИ (голос за кадром). Вы знали Хлою Купер?
ГЕОРГИЙ ВАСИЛИУ. Пожалуй, я знал ее лучше, чем другие соседи. Она жила в квартире надо мной. Я присматривал за ее собакой Броуди, когда матери Хлои стало хуже: ее увезли в больницу, и Хлое пришлось поехать с ней. Мой племянник тоже был ее хорошим знакомым.
ТРИНИТИ (голос за кадром). Вы имеете в виду Ставроса Василиу?
ГЕОРГИЙ ВАСИЛИУ. Да. Он, как и Хлоя, работал барменом в «Бич-Хаус». Там они и познакомились.
ТРИНИТИ (голос за кадром). Что вы можете рассказать нашим зрителям о Хлое?
