Книга По имени Ветер, страница 37 – Александра Миронова

Тонкие пальцы снова пробежались по клавишам, извлекая из инструмента завораживающие звуки.

— Я все слышала. – Голос Есении предательски задрожал, и ей показалось, что будь ей это доступно, то она бы сейчас разрыдалась. – Ян, я не могу здесь оставаться. Ты же можешь писать дома, в городе. Я тебя умоляю, давай уедем. Мне страшно здесь. Если я для тебя хоть что-нибудь значу, – взмолилась она.

Есения была в таком отчаянии, что готова была упасть на колени и умолять мужа приказать собирать вещи.

— Милая, пожалуйста, давай без истерик. Конечно же, ты мне дорога, именно поэтому я и собираюсь написать это грандиозное произведение. Вот видишь, я даже написал на нотном листе «Есения». – Муж продемонстрировал ей один из листов, который, по обыкновению, пронумеровал и на котором поставил дату. – Я понимаю, что ты взволнована, но это пройдет. Прогуляйся, подыши воздухом. Если не можешь гулять в саду, то съезди в поселок, развейся. Может, там какие-то достопримечательности есть, ну что тут может быть, церковь… Поговори с Богом, что ли, иногда это утешает. А мне нужно работать, извини.

Ян перевел взгляд на нотные листы и в тот же миг забыл о жене. Есения попятилась к двери, не сводя глаз с чудовища, в которое окончательно превратился ее муж. Ей хотелось кинуться на него и расцарапать прекрасное лицо, заставить его обратить на нее хоть малейшее внимание. Но он был прав – она взрослая женщина, пора начинать вести себя как она, а не как ребенок, чья мать умерла у него на глазах в дурацком красном пальто.

Есения уперлась спиной в дверь, нащупала ручку и, не сводя глаз с Яна, вышла из комнаты. Она продолжала смотреть на мужа до последнего мгновения, до легкого щелчка, который отрезал их друг от друга. Подними он тогда глаза, улыбнись, позови ее, пойди навстречу, то все бы было по-другому, но Ян был слишком увлечен другой. Ее вечной соперницей – музыкой. И против нее Есения была бессильна. Ведь именно ее он любил больше всего на свете.

Есения тихонько закрыла за собой дверь концертного зала. Постояла несколько мгновений, прислушиваясь, но музыка, зазвучавшая, стоило ей только закрыть дверь, все расставила по своим местам. Есения посмотрела в приоткрытую дверь столовой – там Маша вместе с мастером укрепляли остальные окна. Не говоря никому ни слова, Есения подошла к вешалке, собралась было снова взять Машин дождевик, но затем вспомнила, что на улице тепло. Ровным шагом преодолела пространство холла и открыла дверь на улицу. В этот момент нервы сдали, и через сад она не прошла, а почти пролетела, стараясь не смотреть в сторону пруда, словно боясь, что увидит там призрака. Вдохнуть Есения смогла, лишь очутившись за пределами сада и выйдя на дорогу, ведущую в поселок. До этого у нее не было толком возможности ее рассмотреть – то дождь мешал, то темнота.

Дорога выглядела так, словно с нее рисовали картины, изображающие крестьянский быт. Покрытая пылью, неровная, обрамленная с двух сторон живописными лугами. Есения сделала несколько шагов, и легкие туфельки сразу покрыла пыль, а подол платья черкнул по земле. Плевать. Ускоряя шаг, она заторопилась вниз, пытаясь смотреть по сторонам, но не замечая изумрудной зелени, пронзительно-синего неба, густого воздуха, который можно было брать руками и погружать в него лицо. Легких волнистых облаков, упитанных и довольных жизнью коров. Возможно, потому что эта местность считалась заповедной, все выглядело буколично и почти идеально. Но сейчас Есения этого не замечала. Она молча шла, приближаясь к своей цели.