Книга Наследство художника, страница 29 – Марина Серова

— Сергей Кастальский. — Он слегка кивнул, жестом пригласил сесть в кресло напротив его стола. Садясь, он поправил манжету рубашки, и я заметила дорогие, но скромные часы на тонком ремешке. — Менеджер по развитию региональных активов «Транс-Логист». Чем обязан?

Его голос был ровным, бархатистым, без эмоциональных перепадов. Он смотрел на меня, но его взгляд был… пустым. Как у очень умной, натренированной, но совершенно бесстрастной рыбы, изучающей новый объект в аквариуме.

— Расследованием, связанным с наследством вашего троюродного дяди, Эмиля Кастальского, — сказала я прямо, отбросив формальности и многослойные формулировки, которые сработали с Ольгой. С этим человеком они были бы лишними, как орнамент на процессоре. С ним нужно было говорить на языке голых фактов, выгоды и расчета, сразу переходя к сути.

— Я в курсе, — кивнул он, сложив руки на столе. Пальцы — длинные, ухоженные, без единого кольца или иного украшения. — Виктор меня в общих чертах информировал. Академия искусств проявляет определенное беспокойство насчет некоего спорного завещания. Хотя, насколько я понимаю из краткого общения с нотариусом, ведающим делом, юридических оснований для такого беспокойства на текущий момент не имеется.

— Основания, как и их отсутствие, определяются в процессе сбора и анализа всей совокупности информации, — парировала я, держа спину прямо, но без нарочитой напряженности. — Вы, как родственник и человек, профессионально занимающийся управлением активами и оценкой рисков, наверняка понимаете, что любая неопределенность в таком вопросе, как крупное наследство, — это прямые финансовые, временные и репутационные риски. Для всех сторон, включая, разумеется, и вас.

— Риски поддаются количественной оценке, управлению и минимизации, — заметил он, ни на миг не меняя выражения лица, будто произносил заученную аксиому. — На данный момент мои персональные риски, связанные с этим наследственным делом, минимальны и просчитаны. Я являюсь наследником по закону. Моя доля определена Гражданским кодексом. Процедура вступления в наследство идет своим установленным чередом. Вмешательство частного детектива, простите за прямоту, не добавляет процессу определенности. Скорее, вносит дополнительную, неучтенную и плохо прогнозируемую переменную, что с точки зрения базового управления рисками нежелательно.

Он был холоден, как алгоритм, как хорошо настроенная машина для принятия решений. Никакого раздражения, как у Ольги. Никакой попытки давить возрастом, статусом или угрожать. Простая, рациональная, почти математическая констатация. Он видел во мне новую, неучтенную переменную в своем жизненном уравнении, и эта переменная его слегка раздражала ровно настолько, насколько может раздражать сбоящая программа, потому что вносила элемент непредсказуемости, который сложно просчитать и заложить в модель. Но не более того.

— Переменная может стать критической, если в уравнение добавятся новые, ранее неизвестные факты, — сказала я, глядя ему прямо в глаза. Его взгляд был пуст и не отражал ничего, кроме собственного отражения. — Например, факты, касающиеся финансовых взаимоотношений между наследодателем и третьими лицами, о которых другие наследники могли не знать или не придавать значения. Или… факты финансовых вложений или обязательств некоторых из наследников в проекты, которые, как может внезапно выясниться, имеют прямую или косвенную связь с наследственной массой, активами или долгами самого наследодателя.