Книга Смерть чужака, страница 62 – Мэрион Чесни Гиббонс

Ему пришло в голову, что он уже давно не вспоминал о Присцилле, и он задался вопросом, не излечился ли.

***

Присцилла Халбертон-Смайт сидела в шляпной лавке на Кингс-роуд и просматривала газеты в поисках упоминаний о Кроэне. Но там все еще были одни сообщения о последствиях взрыва на Даунинг-стрит.

Дверь магазина открылась, и вошла ее подруга, Сара Патерсон, владелица лавки и соседка Присциллы по квартире. Присцилла бросила взгляд на часы. Одиннадцать утра! Сара вечно опаздывала.

— Я принесла тебе письмо, — сказала Сара. — Оно пришло после твоего ухода.

Присцилла забрала конверт и вскрыла его. Это было письмо от ее отца. Она просмотрела его, ища упоминание о Хэмише. Ага, вот оно. Полковник Халбертон-Смайт был в возмущении из-за того, что Хэмиш Макбет до сих пор не вернулся в Лохдуб. Он написал жалобу главному констеблю. Это было просто издевательство — оставить Лохдуб без полицейского, даже такого неуклюжего и бесполезного бездельника, как Хэмиш Макбет. Отец Присциллы считал, что его дочь слишком дружна с деревенским полицейским, и не упускал случая полить Хэмиша грязью.

Присцилла вдруг подумала о том, что Лондон — ужасно скучное место по сравнению с Шотландским нагорьем.

— Здесь никогда ничего не происходит, — сказала она вслух.

— О нет, дорогая, очень даже происходит! — воскликнула Сара. — Вчера вечером я встретила Питера Твиста на умопомрачительной вечеринке, и он собирается выкупить у меня эту убыточную лавку.

— Могла бы предупредить меня, что собираешься ее продавать, — сердито сказала Присцилла.

— Не злись, милая. Ты не останешься без работы. Он собирается продавать умопомрачительные наряды. Все из черной кожи. Магазин будет называться «Бомонд и вояжеры», и вскоре мы все будем щеголять в его творениях.

— Боюсь, этого не случится. Сара, дорогая, я увольняюсь, — сказала Присцилла. — То есть уезжаю на север.

— Что? Уехать из Лондона в деревню, как раз когда тут происходит все самое интересное? А, я все поняла — у тебя там ухажер.

— Не говори глупостей, — прохладно отрезала Присцилла. — Смотри, две женщины, кажется, собираются зайти. Давай посмотрим, удастся ли нам продать что-нибудь для разнообразия.

***

Хэмиш уходил все дальше, ища тихую заводь или небольшой затон, где мог бы порыбачить, не опасаясь обвинений в браконьерстве. Тропинка теперь шла параллельно реке, но высоко над водой. И тут он увидел внизу тихий омут, окруженный спутанным подлеском. Здесь он мог бы спокойно устроиться и порыбачить, а также услышать приближение любого инспектора речной полиции, поскольку добраться до этого места не так-то просто.

Он сполз вниз по склону, Таузер следовал за ним.

Хэмиш достал из-под плаща удочку и принялся ее собирать. Теперь идея уже не казалась такой привлекательной, как раньше, когда еще светило солнце. Похолодало, небо из светло-серого стало темно-серым, а по черной поверхности воды гулял ветер.

Таузер, которому холод был всегда нипочем, уселся рядом с хозяином, глядя на воду.

Но вскоре пес забеспокоился. Он тихо заскулил, понюхал воздух и ударил лапой Хэмиша по руке. Хэмиш тоже напрягся и принюхался. Ветер сменился с западного на северо-западный и донес до него тошнотворно-сладкую вонь разлагающегося трупа.

Хэмиш поднялся.

— Принеси, — сказал он Таузеру, но пес попятился, жалобно скуля.