Книга Новобранцы холодной войны, страница 77 – Ирина Дегтярева

Мансура удивляло, что на базе функционировал интернет и до сих пор турки не отработали по этому квадрату. Но потом сообразил, что связь установлена, вероятнее всего, через военный спутник. Может, российский, может, иранский. Эту связь, так же, как и спутниковую, туркам отследить не удается. Хотя там, где находится Карайылан, не работает ничего. Последнее покушение на него отбило желание экспериментировать.

Фиксируя полученную для Центра информацию в зашифрованном виде на крошечных полосках бумаги, Мансур их в свернутом виде держал в патроне, высыпав оттуда порох. Патрон прятал в магазине пистолета в середине обоймы, царапнув легонько по гильзе, чтобы не спутать с остальными, и ждал случая передать «боеприпас» Авдаляну. Он уже не чаял его увидеть, когда тот возник на базе совершенно неожиданно.

Мансур расположился на террасе и поджидал Секо, чтобы ехать вниз, в Эрбиль, в международный аэропорт. У его ног стояла спортивная сумка с немногочисленными вещами. Сидел он в резиновых шлепках на босу ногу, все еще не переобувшись в кроссовки, стоящие тут же, около сумки, отдыхая перед долгой дорогой, курил. Вдруг с тропинки к нему шагнул Авдалян собственной персоной.

— Ты один? — негромко спросил он, оглядываясь.

— Один.

Мансур быстро вынул пистолет из кобуры, выщелкнул три патрона, четвертый отдал Авдаляну, тот сунул его в карман, а вместо него отдал Мансуру другой. И только после этого вздохнул с облегчением, уселся на пластиковый стул. Теперь он никуда не торопился.

— Мне надо встретиться с Секо, еле-еле удалось организовать визит сюда и встречу с ним. Центр забросал меня просьбами выйти с тобой на связь. Волнуются. К тому же для тебя информация. А как к тебе добраться, когда на эту базу не для всех пропуск доступен!

— Сейчас уезжаем с Секо в Эрбиль, оттуда во Францию, в Марсель. Будет моя свадьба с сестрой Секо. — Он смущенно потер затылок. Но Авдалян слушал молча, невозмутимо, никак не реагировал. — Пока меня держат тут практически безвылазно. Первый раз уеду из лагеря. Вроде бы и доверяют, но не слишком.

— Будь осторожен с Секо, он очень изощренный и хитрый, жестокий, — предупредил вдруг Авдалян. — Будет прикидываться другом-братом, но не перестанет проверять до последнего, пока не убедится, что просеял тебя основательно сквозь сито.

По стеклопластиковой зеленой крыше навеса над террасой забарабанил дождь.

— Можем не услышать, как он подойдет, — предостерег Мансур.

И они перешли на обсуждение общекурдских проблем. Про огороды, что у кого растет, где куры, а где бараны, как часто удается поесть мясо, а не только лишь одну взрывоопасную фасоль, горох и финики. Про то, что турки наверняка вынашивают планы на очередную военную операцию, сговариваясь с иракскими курдами из ДПК.

На тропинке, в самом деле, бесшумно возник Секо в дождевике, накинутом на голову и плечи. Он тут же удалился в дом с Авдаляном, а Мансур, прислушиваясь к глухим голосам внутри помещения, стал натягивать кроссовки.

Через полчаса Авдалян ушел под дождь, подняв в прощальном жесте руку, даже не обернувшись. Мансур уже успел просмотреть сообщение из Центра по поводу аргентинца и пытался понять, каким боком это относится к нему и его делам. Он догадывался, что информация, скорее, носила ознакомительный характер, чем конкретный намек.